Между ангелом и бесом 2

- Гризелла Бенесафуиловна, позвольте сказать, что мне очень приятны ваши слова и мне хотелось бы принести извинения… - ангел наконец-то поднялся на ноги, но ведьма его уже не слышала – она во всю распекала короля Полухайкина в глубине тронного зала.

Бенедикт подошёл к окну, подпрыгнул, зацепился руками за подоконник, подтянулся - и сразу же столкнулся с летящим навстречу предметом. Когда он снова поднялся на ноги, то порадовался, что предмет оказался мягким – всего-навсего подушка с трона. А ведь с его-то счастьем мог бы вылететь и сам трон.

Зная Гризеллин характер и свое везение, ангел бы этому не удивился. Из открытого окна неслась скрипучая старушечья брань, рокотали оправданья Полухайкина, пересыпалось всё это язвительными замечаниями Гучи.

Ангел подошёл к двери и остановился на пороге. Стоит ли присоединиться к компании в тронном зале или, с его то судьбой, безопаснее будет остаться о дворе? Страсти кипят не малые, а день и так начался не очень хорошо. Но любопытство оказалось сильнее осторожности, Бенедикт собрался, было, переступить порог, каквдруг за спиной послышался грохот.

Ангел оглянулся и с ужасом уставился в бешеные глаза Тыгдынского коня.

Чёрный жеребец попытался затормозить сразу всеми четырьмя копытами, но не успел погасить скорость. Да и плиты двора были скользкими после недавнего дождя, и Тыгдын влетел в распахнутые двери.

Как ангел успел вцепиться ему в шею, осталось загадкойи для шумной троицы внутри, и для Тыгдына, и для самого Бенедикта.

Впрочем, удивлялись потом, а в тот момент Гуча, Альберт и Гризелла так были увлечены спором, что восприняли въёхавшего на крупе Тыгдына с Бенедиктом на шее как нечто само собой разумеющееся. Гризелла спокойно отошла в сторону, а Гуча спросил:

- Ангелок, поскольку коней на скаку только русские бабы останавливают, то смею предположить, что ты его душишь?

Тыгдын хрипел и мотал головой, пытаясь стряхнуть незваного наездника, но Бенедикт, кажется, был в шоке. Шею коня он сжал мёртвой хваткой, не понимая, чтосейчас эрудиту придёт конец.

Полухайкин посмотрел в глаза Тыгдыну и, кажется, сообразил, что произойдёт это очень скоро.

- Ангелок,ты пальчики, типа, расслабь, - ласково сказал он и, разогнув по одному скрюченные, посиневшие пальцы ангела, спас коню жизнь.

Альберт бережно отнёс блондина в другой угол и усадил на трон. Бенедикт всё ещё не воспринимал окружающее. Даже когда король кинул ему на колени узел с одеждой, Бенедиктне вздрогнул.