Синдбад

Иногда к дельфинам присоединялись летучие рыбы – таких Синдбаду доводилось видеть разве что в книжках. Их длинные тела с прозрачными, похожими на стрекозиные крыльями, стремительно выбрасывались из воды, взбивали воду хвостами и поднимались в воздух на несколько метров, уверенно паря над водой. Некоторые из них умудрялись даже перелетать через палубу. Синдбад не мог понять, что заставляет рыб совершать подобные трюки. На его взгляд, никакого смысла в способности рыб летать не было. Хотя, кто знает, ведь природа ничего не делает просто так.

Синдбад стоял у фальшборта, облокотившись на перила, и глядел на резвящихся в воде дельфинов. В руках он держал тарелку с мелкой рыбешкой. Иногда он брал одну или две и бросал вниз, а дельфины, взлетая над водой, хватали добычу. Забава, конечно, довольно однообразная, но хоть какое-то развлечение, скрашивающее вынужденное безделье.

К Синдбаду неторопливо приблизился Сорви-голова и встал рядом. Помолчал. Синдбад опрокинул тарелку с остатками рыбы, и дельфины устроили в воде свалку.

– Ты их отучишь самих добывать еду, – заметил Сорви-голова. – Они уже не отлипают от корабля.

– Что в этом плохого? – пожал плечами Синдбад. – Скука смертная.

– Если желаешь, можем развлечься игрой в шахматы или в карты.

– Не хочу, – поморщился Синдбад, вертя в руке пустую тарелку.

– Что с тобой происходит?

– Скучаю я. Как там Амаль и Тимурчик?

– Я тоже успел соскучиться по ним. – Сорви-голова положил ладонь на плечо Синдбада. – Да, оставлять любимых вдали всегда тяжко.

– На самом деле не сложнее, чем уговорить эмира раскошелиться на экспедицию.

– Ну, здесь тоже не было ничего сложного. Разве ты забыл, что Нури падок до разных волшебных вещичек?

– Но в корабль пришлось много вложить. Одна обшивка медью чего стоила!

– Это правда, однако щедрость моего друга Нури не знает границ, когда речь идет о…

– Да знаю, знаю. И все же верится с трудом.

– Конечно, помялся он немного, как ты говоришь.

– Вы бережливый человек, Сорви-голова.

– А на что мне их тратить?

– Действительно… Вот если бы вы могли научить бережливости Амаль, – вздохнул Синдбад.

– Невозможно! С женщинами такой номер не пройдет. Да и подобных ей мужчин мне тоже приходилось немало встречать. Тряпки и побрякушки – они, знаешь ли, как опиум.