Синдбад

– Вы двое и еще десять человек! Так понятно?

– Более чем, Ваше Высочество, – почтительно склонился страж, озарив лицо робкой улыбкой понимания.

– Тогда я не понимаю, почему вы все еще здесь?

– Мы уже… бежим… да… – попятились стражники и вывалились в коридор.

– Я до сих пор не пойму, – уточнил у жены Синдбад, – их по тупости отбирают?

– Я не…

Вдруг что-то оглушительно грохнуло. Раскатистый гул прокатился по городу. Ввысь взметнулся столб дыма и огня. Испуганно залаяли собаки. Сонных ворон сдуло с деревьев, и они с карканьем закружили над городом, собираясь в стаи.

Дворец содрогнулся от основания до крыши.

Сорви-голова бросился к окну, но его опередил Синдбад.

Внизу, у самой пристани, горел один из домишек. Над ним вились ошметки соломы и деревянное крошево.

– Что? Что там случилось? – В Синдбада испуганно вцепилась Амаль, выглядывая из-за плеча мужа.

– Кажется, рванул дом Касыма… – произнес Сорви-голова.

– Не-ет!!! – вскрикнула Амаль, порываясь выскочить из окна третьего этажа и мчаться на помощь малышу, но Синдбад удержал ее.

– С ума сошла, женщина? Бежим! – Он припустил к дверям, остальные устремились за ним.

– О Аллах, только бы с моим внуком ничего не случилось! – выдохнул на бегу Сорви-голова.

– С моим сыном, дядюшка! – поправила Амаль, работая руками и ногами, словно заводная. Напуганные взрывом царедворцы и дворцовая стража жались к стенам, освобождая ей дорогу.

– Нашли время выяснять отношения, – одернул спорщиков Синдбад, перепрыгивая через три ступеньки, и первым подлетел к воротам, у которых уже мялись в нетерпеливом ожидании двенадцать стражников.

Стражи ворот спешно отворяли тяжелые створки.

– За мно-ой!

Синдбад призывно махнул рукой и скрылся в ближайшей подворотне. Стража, размахивая копьями и щитами, понеслась следом, оглушительно грохоча и пыхтя от напряжения.

К пристани уже стекался любопытный люд.

Глава 3. Страдания Касыма

Тощий и лысый, с вытянутым, словно вечно удивленным, лицом, Касым, недовольно ворча себе под нос, вот уже битый час мерил небольшую комнатушку широкими шагами длинных костлявых ног.

За ним, жмуря зеленые глаза, со своего любимого места на балке под потолком пристально наблюдал серый кот. Кот был крайне недоволен тем, что хозяин не собирается его кормить заслуженным ужином, а Касым пребывал в глубоком недовольстве от свалившегося на его голову, как снег посреди жаркого лета, бывшего дружка Кошкандыра.