Старая контра

Дело в том, что именно эти твои качества делают наш союз крайне ненадёжным. В джентльменские соглашения я перестал верить ещё ребёнком, и тогда же усвоил одну простую истину: если хочешь, чтобы кто-то выполнил обещанное, ты должен держать его на коротком поводке. Посуди сам, в джунглях нас будет только четверо: ты, я и мои помощники. Думаю, тебе не составит труда обмануть нашу бдительность и удрать. К городу тебя ничто не привязывает: ни семья, ни друзья; повлиять на тебя с этой стороны мы не можем; а посвящать в наш маленький план кого-то ещё я не собираюсь.

Поэтому единственным выходом мне представляется сделать так, чтобы возможности бежать у тебя попросту не было.

— Хочешь везти меня в клетке? — хмыкнул пират.

— Напрашивается само собой, верно? — сладко улыбнулся его собеседник. — Однако же, нет. Абсолютно надёжных клеток не существует; к любому замку рано или поздно находится отмычка, на любую решётку — пила. Я уже упоминал, что придерживаюсь высокого мнения о талантах обезьянцев. Но я нашёл очень изящный выход, хотя и весьма для тебя неприятный: мы ампутируем тебе нижние конечности, точнее, ступни ног.

— Что?!! А не пошел бы ты, дядя!!!

— Не горячись, — покачал головой Каракозо, а горри плотнее сжали лапы на плечах пирата. — Ты ведь понимаешь, что до сих пор жив только благодаря нам. Но мы не альтруисты, Изенгрим. Нам кое-что от тебя надо. Согласись, это лучше, чем стать покойником.

— Нет!!! Никогда!!! — Фракомбрасс дёрнулся, но гориллоиды держали крепко. — Лучше болтаться на виселице, чем такое!

—Я так не думаю, да и ты, на самом деле, тоже.

Сейчас ты живёшь в долг, Изенгрим. Ты наш должник; а мы — кредиторы. Что ж ты хотел: чтобы я поверил тебе на слово? Будь я таким наивным, то не дожил бы до седых волос! За исход операции не беспокойся: у нас есть отличные специалисты. Они сделают всё под наркозом, так что ты даже ничего не почувствуешь. Посмотри на это с другой стороны: да, ты станешь инвалидом, но при этом будешь богат и сохранишь возможность радоваться жизни. ..

— Радоваться жизни? Богатство?!! — Фракомбрасс вскинул налитые кровью глаза и расхохотался в лицо своему мучителю. — Да ты бросишь меня там на верную смерть, изувеченного и беспомощного, едва только завидишь блеск золота! И не только меня... Их... — пират кивнул на гориллоидов, — ты тоже не оставишь в живых!

— Зря стараешься, — сладко улыбнулся Каракозо. — Таубе и Брауде — глухонемые. Я же говорил, у них много полезных качеств.