Музыка джунглей

— И этот волшебный прибамбас в подарок.

— Ладно, идёт. — Хозяин небрежно пересчитал монетки и, кивнув в сторону небольшого наргиле, сделанного из тыквы-горлянки, предложил: — Раскумаримся?

Каюкер покачал головой:

— Нет, мне нужна ясная голова.

— А чего ты такое куришь? — полюбопытствовал растафари.

— Махорку.

— Махорку?! — удивился растафари. — Но ею же пересыпают стропила, чтобы там не завелись всякие жучки-древоточцы!

— А ты попробуй как-нибудь, курни!

— Что, здорово вставляет? — хозяин не на шутку заинтересовался.

— Да нет, — пожал плечами Иннот. — Никаких глюков. Просто помогает скоротать время.

Ну что же, сказал себе каюкер, оказавшись на улице. Хорошая трость, стеклянная граната и бумеранг — не так уж и плохо. Уже можно потягаться с Подметалой на равных. Плюс ещё новообретённая способность летать... Кстати, неплохо было бы обзавестись велосипедными шортами. Конечно, набедренная повязка привычнее, но, с другой стороны, велосипедки замечательно растягиваются, и не нужно будет изображать из себя эксгибициониста каждый раз, раскрывая перепонку.

Глава 4

По лесу разносилась тревожная дробь тамтамов. Поскольку всякий уважающий себя охотник джунглей должен понимать телеграфный код (так считал Свистоль), азбуку Морзе изучали в смоукеровской школе. И сейчас, вслушиваясь в разносящееся над рекой стаккато, он шевелил губами, припоминая расшифровку.

— Чего хоть передают-то? — Пыха плюхнулся рядом с шаманом.

Юный смоукер потихоньку начал осваиваться в новой роли; по крайней мере, такого пиетета по отношению к Свистолю и Большому Папе, как раньше, он уже не испытывал. Пыха пока не слишком хорошо понимал, что от него ожидают. Направление на ближайшие несколько дней было известно — они поднимались вверх по течению, туда, где рос знаменитый Железный Занавес и обитало племя стиб.

— А сам-то что, код забыл? — мягко пожурил адмирала Свистоль.

Пыха громко зевнул и почесался.

— Да не то чтобы забыл, просто вслушиваться лень, — признался он.

— А вот я сейчас возьму да и назначу тебя, до кучи, главным телеграфистом на всё время путешествия, — задумчиво промолвил Свистоль после долгой-долгой паузы. — И каждый час будешь нам всем докладывать, что нового слышно.

Пыха заёрзал.

— Нельзя так с людьми поступать, — буркнул он. — Не по-смоукеровски это.