Музыка джунглей

Громила отломил от куста прутик и, очистив его от шипов, просунул под гипс.

— Болит? — спросил Иннот.

— Нет, чешется. Давно пора снять этот лубок.

— А не рановато? Потерпи ещё несколько дней...

— Сверху видно плохо, — сказала вернувшаяся Джихад. — Но примерно в получасе ходьбы вон в том направлении торчит что-то вроде скальной стенки. По мне, лучше уж прыгать по камням, чем продираться сквозь колючки. Всё-таки стоило захватить мачете, Инни, что бы ты там не говорил.

Вместо ответа Иннот достал из кармана толстый длинный гвоздь и на глазах у каюкерши безо всяких усилий завязал его в узел.

— Зона Мооса! — догадалась Джихад. — Сталь размякла...

— Угу. Причём наверняка мы пересекли не одну; в этих местах когда-то проходила линия обороны от северных армий.

— Твоим стамескам, стало быть, каюк? — сочувственно спросил девушку Кактус.

— Не совсем; по крайней мере, один раз ими ещё можно воспользоваться. Металл, конечно, стал мягким, но заточка-то осталась.

— Когда мы вернёмся в Бэбилон, — сказал вдруг Кактус, — то первое, что я сделаю, — это разденусь догола, запихну все лохмотья в мусорку и заберусь в ванну — часика этак на три.

Воду пущу такую горячую, какую только можно вытерпеть; насыплю туда всяких ароматических солей и пены и буду отмокать... С ящиком холодного пива в обнимку!

— Гм... Дней десять назад ты с таким же наслаждением рассказывал, как поступишь со своей долей золота. Что, малость опустил планку? — съехидничал Громила.

— Всё правильно, происходит нормальная переоценка, — с умным видом ответил ему Иннот.

— Ложное и сиюминутное уступает позиции вечным ценностям. Он ещё забыл упомянуть... э-э... полную сковородку жареной картошки — маслице шипит, брызгается... Да и постель с крахмальными белоснежными простынями туда же относится...

— Прекратите надо мной издеваться! — нервно хихикнул Кактус. — Как будто сами не об этом мечтаете!

— Не без того, — согласился Громила.

Отдохнув, друзья вновь навьючили на себя рюкзаки. Битва с колючками возобновилась. Предсказанные Джихад полчаса в результате обернулись двумя; однако идея была верна — ежевичные заросли вскоре поредели, уступая место разбросанным то тут, то там камням.

— Ну вот, теперь совсем другое дело! — обрадованно пробасил Громила, осматриваясь.

По левую руку возвышалась гладкая каменная стена. Скорее всего, это что-то вроде столовой горы, решил про себя Иннот. Некоторое время можно будет идти вдоль неё, а потом снова придётся нырять в джунгли. Он задрал голову.