Паж его величества

— Что ты теперь будешь делать? — спросил я его хрипло. Не знаю, откуда это выскочило, наверное, мне захотелось разбавить таинственную тишину, которая стала поглощать замок вместе с туманом. А тумана наползло как из ниоткуда огого.

Адаир выпрямился и поглядел вдаль.

— Моя служба не окончена. Мне было вверено не только охранять свою госпожу.

Должно быть, это значило, что он будет и дальше нам помогать.

Тут я подумал, что как-то подозрительно тихо. Битва с троллями тоже остановилась, потому что — я обернулся и успел понять, пока окончательно не заволокло туманом — все твари замерли, злобные глаза их потухли, их покинула магия, что давала им жизнь.

Каркнула ворона, очень к месту, между прочим. И как по команде в вязкой тишине прозвенел голос герцога:

— Победа!

Так бодро орет, значит, он в порядке, насколько может быть. Вслед за его возгласом к посветлевшему небу взмыли свист, радостные вопли и хлопки.

Адаир опустил голову и посмотрел на тело. Я тоже отвернулся от созерцания бурных плясок и криков и посмотрел на тело.

Тело. Я покрылся одновременно мурашками и испариной — холод исчезал, становилось жарко в кухлянке. Рядом с нами здесь, в обсерватории, еще лежало тело короля. Выжил ли он? Невероятная удача, что его не придавило каким-нибудь обломком.

Рыцарь подступил к королю и склонился над ним. Я с барабанным грохотом в ушах ждал.

— Дышит, — озвучил Адаир. — Крепкий человек… я найду королеву, при ней должен быть придворный врач.

Я не стал говорить, что врач тут, скорее всего, бессилен, а просто кивнул и позволил рыцарю уйти.

Теперь мне нужно вернуться к Ирии. Я ведь даже не знаю, уцелел ли тот флигель замка. А чары, которые напустил на нее мой хранитель, поди, развеялись, и она обнаружила себя в полном одиночестве в запертой комнате. Меня передернуло.

Но… я снова оглянулся на стену, где Тайран с Эльзой ликовали в окружении остатков гарнизона. Тай сам все прекрасно видел, ведь от обсерватории остался пол да огрызок стены. Но я не могу просто взять и убежать.

Куда сначала?

Вопрос разрешил сам Тайран, который заорал на весь раскуроченный двор:

— Вилхо!!!

— Здесь я! — откликнулся я, неуклюже взбираясь не Сейху. Ноги и руки меня едва слушались, на сей раз не от холода, а от усталости и напряжения. В голове, как снаружи, заволакивало туманом.

Тай встретил меня с улыбкой до ушей. Он перемазался в гари и саже, прихрамывал на одну ногу, а волосы на его голове с одной стороны свалялись в омерзительно бурый клок.