Паж его величества

Я промаялся после той встречи с Идрагой до вечера, а потом всю ночь вдогонку. И понял — если я не спрошу, то не успокоюсь.

Поэтому спозаранку я залез в ту высокую башню, где было зеркало. И попросил показать мне, что произошло с племенем Красного Солнца.

Я не хотел туда идти. Не хотел там стоять и задавать вопросы. Но призраки сомнений, которые меня грызли с того вечера у шаманского круга, меня бы уже не оставили. Когда я поднимался по высоким лестницам, я сражался с каждой ступенькой — и будто с самим собой. Я так долго верил, что мне это все не нужно.

Я оставил прошлое в прошлом.

Зеркало отозвалось. Хотя какая-то часть меня желала, чтобы оно осталось немо. Потому что тогда я мог бы сказать себе, что был прав, выбрав забвение.

Самым первым я увидел совет вождей наханги. Один из них, молодой мужчина с короткой бородой и волосами до плеч, перехваченными лентой, долго со всеми спорил, а после вылетел из яр-наан, сердитый и разочарованный. Я узнал его. Его лицо было у того духа, которому вздумалось со мной поболтать, когда Кайса проводил ритуал исцеления.

О том, что был совет, легко догадаться и так, ведь мне было известно, что Ваальде разругался со всеми племенами — то есть со всеми главами этих племен. Но я так засмотрелся, что едва опомнился, дабы задать важный вопрос. Принципиальный вопрос.

— О чем они говорили? Что они обсуждали?

Замелькали картинки: много наханги собираются, берут оружие, сражаются с троллями.

Так это правда. Ему хватило сумасбродства, чтобы предложить наханги нечто подобное.

Помните тролля в Каменном лесу? Они не все такие здоровые, бывают разные. Тех, что поменьше, завалить проще. И все равно — очень трудно. Поэтому кочевники всегда выбирали избегать встреч с созданиями первобытной земли.

А вот последняя картинка — даже череда их — повергла меня в ступор.

Сначала зеркало показало молодую шаманку. Я ее рассматривал, пока в голове вдруг не всплыло имя — Аса. Наша шаманка, да. Я даже припомнил, как она лечила мне обморожение.

Аса была чутка не от мира сего.

В общем, все шаманы такие, а она была особенно. Часто отвечала невпопад; застывала на месте, глядя в одну точку. Бывало, бросала одно дело и кидалась выполнять другое. Все мирились с ее причудами, ведь она была отличной целительницей, и ее избрали духи.

Так вот, она рассказывала что-то моему отцу. Что — зеркало показало скоро.

Край Каменного Леса, где Пустошь начинает дыбиться скалами. И там в ряд, как древние идолы неведомых богов, стоят каменные великаны.