Будни, праздники, радости

В Метелице машину пришлось пристраивать во двор дяди Зиновия — брат и сестра Дарины поставили елку, перегородив въезд в гараж.

— Ну вот, — указывая в сторону елки, буркнул Гвидон. — Так вы без меня и жили. Яр, моем руки, перекусываем и за дело.

Жизнь кипела — шакалы готовились отгонять тьму и проживать самую долгую ночь в году, зажигая заговоренные свечи. В духовках румянились пироги, запекалась рыба, жарились грибы и овощи, варилась картошка. Тишину тревожили крики — Светланочка рассказывала двоюродным братьям и сестрам о дорожных знаках с лягушками, а те завидовали, потому что не видели ничего подобного на пути из аэропорта.

Дарина поела, выслушала праздничную программу — «вечером к общинной елке, зажигаем свечу, завтра утром принимаем в гостях Ларчика, Альму и котят, а в темноте едем к ним в гости, чтобы поужинать и посмотреть на гирлянды на дубе» — кивнула, отдала Светозарчика папе, перекинулась и ушла спать в нору, сообщив мужу: «Делайте, что хотите, а я спать.

Ярмил с Гвидоном хозяйствовали до ночи, прервавшись на общинный сбор — Гвидон сходил, а Ярмил подождал на кухне, получив от мамы Дарины дополнительный ужин. Елки были украшены связками шаров, символизирующими виноградные гроздья, маленькие разноцветные лампочки мигали, большие светились ровно, позволяя рассмотреть игрушки. Заснеженная Метелица сияла, как припрятанная среди сугробов драгоценность. Хлебодарная не могла промахнуться и наверняка обмела все кладовки и амбары дважды, если не трижды, любуясь такой красотой.

— Возьми у Зиновия матрас и ложись в нашей комнате. Мы на кровати, ты на полу. Дарина не вернется, ушла в нору и с концами, — сказал Ярмилу Гвидон. — Я тоже хотел перекинуться и уйти, но Светланочка раскапризничалась, требует сказку. Поэтому сегодня все тут, вповалку, а завтра посмотрим.

— Я у деда Зиновия посплю. Мы с ним договорились почаевничать.

— Точно? Не слиняешь в аэропорт? Мне эти оговорки, что ты тут чужой и без подарков, сильно не нравятся.

— Командир, не прикапывайся к мелочам. Никуда я не слиняю, деда Зиновия развлеку. Он один, я один, ему скучно. Посидим, поболтаем, он мне про былые времена расскажет. А потом залягу у него в гостевой спальне. Утром позавтракать приду.

— Смотри мне! — строго предупредил Гвидон. — В ухо получишь, если сбежишь. В ухо — лучшее лекарство от хандры, я на себе проверял.