Космические зайцы

Со мной п-психологи работали.

Гвалт у ворот между тем усилился, из-за ворот им отвечали, человек в бочке истошно орал и, в конце концов, он, разогнавшись, врезался в ворота и они распахнулись. Атаковавшие радостно вбежали внутрь. Человек в бочке с уже смятым на голове ведром упал и остался лежать перед воротами.

Историк с пилотом наклонились над упавшим и стащили с его головы мятое ведро. Голова потерявшего сознание, была обмотана тряпками на манер индийской чалмы. Видимо тряпки позволяли ведру более плотно сидеть на голове, иначе оно болталось бы на нем как погремушка.

Потерял же сознание он от сломанного носа, который сейчас обильно кровоточил. Историк снял с головы потерпевшего чалму и оторвал от нее два относительно чистых куска ткани. Завел в расплющенный огромный нос лежащего два пальца и резким движение поставил сломанные хрящи на место. Человек взвыл, но опять потерял от боли сознание.

– Какие мы нежные, – проворчал историк и вставил свернутую ткань в обе ноздри незадачливого жениха. – Хорошо, что шнобель у него огромный, пальцы в перчатке влезли, а то кто его знает, чем этот экспонат болен.

Жених действительно выглядел очень болезненно – серо-землистый цвет лица, лысый, с крупными бородавками по всей коже. Бородавки были даже на носу, что делало его огромный нос еще больше. Жирные щеки в данный момент уплыли вниз и прикрыли собой маленькие, но лопоухие до безобразия уши. Ко всему этому он был не очень молод, и, несмотря на упитанность, кожа вокруг глаз у него была похожа на высохшую сливу.

Сокол похлопал мужчину по щекам и тот, всхлипнув, открыл глаза и глубоко задышал. Сокол выпрямился и сморщился – изо рта человека сильно воняло.

– Бедная невеста, – отошел он к пилоту, – я б на ее месте повесился. Пошли к остальным.

На площади стоял гул брани. Казалось, орали все. Никто не хотел слушать других и старался высказать свою точку зрения как можно громче. В отдалении от спорящих мужчин, укрывшись в тени одного из домов стояли женщины. Длинные, темные, бесформенные платья полностью скрывали их фигуры, а узкие рукава напротив обтягивали руки, их длина было больше чем надо, и напоминала смирительную рубашку.

Головы с лицами замотаны тканью, и только шеи оставались открытыми, по ним и было понятно – молодая перед тобой девушка, в возрасте, худая или полная.

– А ч-что э-это за кольца у женщин на шее? Никогда н-не видел, чтоб ж-женщины соглашались н-надеть одинаковые украшения.

– А это, Серега, знак рабства женщины перед величием мужчины.