Адские поиски

Несчастная животинка, лишившись своего седока, обрадовалась подобному исходу, проревела нечто благодарственное и умчалась, весело взбрыкивая, на ближайший лужок с сочной травкой. Конь рыцаря с завистью во взоре проводил ездового собрата, тяжко вздохнул и принял еще более жалкий вид. 

— Благородная дама! — торжественно начал вещать сэр Толеснал. 

Это его выражение — благородная дама — заставило меня удивленно оглянуться в поисках прекрасной незнакомки, затянутой в шелк и бархат. Не найдя никого даже отдаленно похожего, я сделала удивительный вывод: «Благородная дама — это я.

«Не особенно обольщайся, дорогуша, — влил свою ложку дегтя Кумивар. — Просто рыцарь хорошо воспитан».

«Настолько хорошо, что лупит собственного оруженосца и доводит коня до плачевного состояния?» — едко парировала я. 

— Сожалею, что нас не представили по всей форме, — продолжал между тем Толеснал, и его хорошо поставленный голос гулко вибрировал в стальных стенках шлема.

— Зачем? — слегка опешила от его заявления я.

— Они сложат прекрасную балладу о нашей встрече. 

Ничего себе! Надеюсь, это будет не что-то вроде: «Какая страшная ты, какая страшная… и не накрашенная страшная, и накрашенная». 

— Меня зовут Вероника Погорелова, — смущенно выдавила я, попыталась изобразить реверанс, но запуталась в собственных ногах и чуть не упала. Впрочем, чуть-чуть не считается.

— О! — восхитился рыцарь. — Скромность — прекрасное качество. Она служит великолепным украшением женщины.

— Ага. Это если других украшений у нее нет, — сердито пробормотал оруженосец, поднимаясь на ноги. 

Он попытался выбить пыль из грязно-серой туники, но думается, это напрасная трата сил и времени — чистой ее может сделать лишь пара кусков хорошего мыла и несколько бочек воды. Глядя на его жалкие потуги, даже обижаться расхотелось.

— Надеюсь, вы проделали весь этот путь по горам и долам не для того, чтобы важно сообщить, что скромность является единственным моим украшением. Может, оставим светскую болтовню и сразу перейдем к делу?

Рыцарь осуждающе воззрился на меня сквозь амбразуру в шлеме. Видимо, предварительная беседа с леди о погоде, прежде чем приступить к сути, являлась для него чем-то сродни артподготовке перед решающей битвой.