Адские поиски

Как он держался на ногах и не падал под весом всадника в полном доспехе, оставалось загадкой. 

Ослик выглядел немногим лучше своего четвероногого собрата. Веснушчатый парнишка, горделиво восседавший на ушастом, оставлял стойкое ощущение, будто его только что оторвали от сохи, нарекли оруженосцем, взгромоздили на животное и отправили в поход, чтобы просто избавиться от лишнего рта в семье. Причем сам он явно мнил себя особой чуть пониже графа. 

С моей точки зрения, этих ребят следовало привлечь к ответственности за жестокое обращение с животными.

Парнишка выехал чуть вперед, и с видом королевского герольда изрек:

— Приветствуй и пади ниц перед сэром Толесналом Норыльским, победителем драконов, грифонов и гиппогрифов! Гонителем гулий, добытчиком фэнхуана и обладателем хайжэнь!

— Какой-какой жэнь? — удивленно переспросила я, размышляя, сразу гнать хама взашей или сначала все-таки подождать объяснения причин их визита.

— Хайжэнь, — еще выше задрал конопатый нос парень, — это диковинная рыба, добытая доблестным сэром Толесналом, и выпущенная в пруд в его личном имении. 

В жизни не видела, чтобы обладатели рыбы так гордились. В детстве мама покупала живого карпа, и он пару дней плавал в нашей ванной, но нам и в голову не приходило задирать из-за этого нос перед соседями.

— Что же ты не падаешь ниц? — настойчиво поинтересовался оруженосец.

В ответ я смерила его брезгливым взглядом императрицы, которая вошла в собственную спальню и совершенно неожиданно обнаружила грязного трубочиста, нагло валяющегося на ее постели и спокойно потягивающего вино из ее любимого кубка.

«Давай сбросим его с седла, а затем проучим хорошенько мерзавца!» — кровожадно предложил Кумивар.

«Поддерживаю, — в кои-то веки явил солидарность Джастудай. — Если мальчишку не проучить, его гордыня вознесет прямиком на небеса.

Помощь пришла, откуда не ждала. Все-таки приятно иногда побыть слабой женщиной, взвалив всю грязную работу на сильные мужские плечи. Виват рыцарству! Тяжелая латная перчатка лихо съездила по уху зарвавшегося юнца, повергнув его в пыль с натруженной спины ослика. Речь оруженосца претерпела стремительную метаморфозу, скатившись от напыщенной до нецензурной.