Нундан Токкэби

Скрывает своё родство с владельцами «Моря дары», чтоб не смущать товарищей, приятелей и старших дядюшек. Разве не прелесть, что за малый? Неизвестно кому повезло больше ему или той девушке.

Самого его правда пока не встретить на пляже и у катеров. Парень взял небольшой отпуск, чтоб как следует подготовиться к свадьбе. Но разве за такое осуждают? Человек своё счастье отыскал, пускай наслаждается, пускай делает, что хочет. Скумбрия и нейва никуда не денутся. Ещё всю жизнь предстоит гоняться за чешуйчатой добычей.

Однако чуть погодя мужички один за другим стали вспоминать других коллег, кто собирался связать себя брачными узами. Все они были с разных катеров, разных бухт и пляжей, но и их пример от этого не становился менее показательным, ведь все они работники «Моря дары». Один из женихов правда сочетался браком во второй раз, а иной в третий, а третий терпел неудачу за неудачей и вот его жизнь озарилась новой попыткой.

Рыбаки называли имена и катера, где женихи состоят на службе, путали фамилии и отчества, должности и увлечения.

Токкэби терялся и не понимал к кому из говоривших разумней прислушиваться, какие из названных имён запоминать, а какие забывать будто прошлую весну. Он метался из стороны в сторону, пытался слушать всех, но приятней всех на слух ложился рокот прибоя.

Вскоре беседа обернулась совершенным балаганом. Дядюшки спорили и перебивали друг друга, выкладывая всё новые и новые неподтверждённые сплетни, противоречивые подробности, строя теории и догадки. Ветер гудел в сосновых кронах, псы выли на луну, памятуя о древних корнях, бродячие коты-оборотни шныряли, надеясь на счастливый улов, а многорукие, многоногие, непохожие меж собой мульквисины[П1] , сливаясь с маревом, выглядывали из убежищ, гадали о причине гама.

В какой-то миг невесты обернулись политиками, а женихи рыбами и разговор вернулся в естественное русло.

Токкэби беседовал с ними до первого всполоха зари. После рыболовы распрощались с ним, как с лучшим другом, как родного племянника каждый из дядюшек его обнял, пожелал удачи и выразил надежду вскоре вновь распить чаёк у тёплого костра.

Летние ночи Дальнего Востока особо хороши, прилив ласкается, как домашний кот, а соловьи неустанно ему подпевают, говорили они, выражая надежду однажды отправиться с ним на рыбалку, как сотрудники «Моря дары».

Голова Су Ёна неистово гудела, он кланялся и махал руками на прощание, желая поскорее оказаться в тишине, выветрить из мыслей десяток голосов.