Нундан Токкэби

Она улыбнулась, как улыбается охотник, предвкушая богатый улов. Призраки её выглядывали через плечи, из-за колен и локтей. Клубились, пыхтели чародейские маски, не в состоянии терпеть, не в состоянии выбрать цель из разнообразия гостей-чародеев.

Ток Су Ён щурился и приглядывался, не веря своим глазам, Лида Ким отшатнулась, опрокинув пару стульев. Увлеченные чредой происшествий, клиенты не сразу догадались, какая природа скрывается в злобном, замершем в дверях силуэте. Нундан Токкэби – место лояльное, хозяйка почти со всеми ладит, мало ли какой древний душегуб пришел отведать ромашкового чая.

Но скользивший вместе с запахом ночи смрад заставлял ёрзать, принюхиваться, а следом и прислушиваться. Пораженные семейными драмами, клиенты не сразу догадались отчего смердит драконьим разочарованием, косаточьим отчаяньем, ужасом козодоя и иными предсмертными эмоциями колдовских граждан. Смердит так, что в глазах меркнет луна, в ушах раздаётся тлетворный свист, будто с неба одна за другой срываются мириады священных звёзд.

Нундановцы и гости кинулись врассыпную, когда, повинуясь лёгкому движению руки чангви, призраки в трофейных масках заполонили залы и коридоры, когда ледяные ручонки, щупальца, копытца и ласты бесстыдно потянулись щипать и щекотать. Белки и синицы повыскакивали через приоткрытые оконца, ласки и куницы скользнули в щели в полу, вепри и лоси пробили путь бивнями и рогами, а остальные помчались кто куда – абура-сумаси на кухню, под защиту утвари и кипятка, Ток Су Ён, бранясь, как отпетая торговка, метался из стороны в сторону, а Лида Ким растворилась в тени.

Разноликие маски сметали картины, вазы, букеты, комоды, преследуя убегающих, надеясь среди них отыскать белого тигра или просто защекотать, защипать до смерти. Вседозволенность вскружила бездумные сознания, возможность в своё удовольствие крутиться и вертеться не оставляла шанса сохранить заведению достойный вид. Нундан знавал всякие времена, всякие скверные гости были не прочь оставить память о себе.

Но никогда за недолгое существование не доводилось ему принимать подобное количество диковатых злодеев одновременно.

Беглый чангви был полон кровожадных надежд. Проводив взглядом милую свору гончих, он после направился вверх по лестнице. Чутьё охотника не врало, божественные людоеды имели привычку укрываться в самых высоких горных пещерах. Хорани был рядом, шерсть его, носимая сквозняками, дразнила глаза блеском.