Поход клюнутого

Это не Эрих, на нем пластинчатый доспех, это тот, второй, сообразительный… хорошо бы, сообразил еще не кидаться очертя голову при первых проблесках грозы! Не так уж капитан опрометчив, чтобы позволить гоблину проломить себе голову — точно знает, докуда гнуть можно, а где и отпустить следует, дабы все в наилучшем виде. Ну, поорет громила, порвет на пузе свое рубище, поломает чуток мебель — лишь бы дело было сделано!

Тем более рубище собственное бингхамово, а мебель казенная.

— А будешь обзываться — вообще никуда не потащусь, — обиженно объявил гоблин и тоже приник к кружке — заливать пожар, разожженный в душе несправедливыми обвинениями.

И заливал довольно долго, всячески демонстрируя, сколько всего там было огнеопасного и по обыкновению поливая грудь обильными черными струйками.

— А ты не корчи из себя, — предложил сэр Малкольм миролюбиво. — Ишь, заботит его. Ты вон по башке с разбегу — и никаких более забот, кроме радостей жизни. Ладно, вернемся к нашим бара… — вовремя осекся, затылком восприняв взгляд, жалящий почище арбалетного болта.

— К нашим делам. Вот надобно тебе очутиться на этом самом острове. В те времена, когда галеры Хампальда еще гуляли по морю, они перехватили немало кораблей, везших всеразличное имущество — да только того добра и видели. А мне… нам… в общем, кое-что из сундуков, давным-давно сгинувших, ты и должен раздобыть и привезти.

— Хорошенькое дело! — возмутился Бинго и хлопнул кружкой о стол. — Вы, сталбыть, сто лет тут думу думали, а я теперя поди и восполни пробелы в образовании? Да кто ж знает, на какие нужды те сундуки ноне пущены? Бывал я в северных краях, голодно там! Ежли злата в изобилии, так либо его на жратву сменяешь, либо само его трескать научишься.

— Не в злате дело, — возразил на это капитан с уверенностью, которой не испытывал. — Ты это… не хватит ли уже хозяина разорять? Пойдем-ка потихоньку, я тебе по дороге остальное обскажу.

— Эрих, нам надо бы поспешать! — подал голос деликатный рыцарь, на лету поймав капитанский намек. — Не хотелось бы потемну через лес…

— А чего нам бояться? — Эрих, в отличие от товарища, то ли понятливостью не страдал, то ли попросту вреден был, как большинство Унгартов — что значит, оленьи корни.

— Засад какой-нибудь трусливой нелюди? Хех! Да кто не разбежится, отведав моего…

— А пошли! — согласился Бинго с неожиданной покладистостью. — Это я прихвачу, оно мне завсегда пригодится, а то вдруг не столкуемся?

Остатки свиной туши мигом перекочевали в тощий бингхамов заплечный мешок.