Пасисяки Пукк

У стойки бара стоял музыкальный аппарат. Бармен, завидев нашу пару, подошёл к нему и включил какую-то непонятную песню — а-ля флейта купается в болоте.

— Я обычно заказываю салат из болотного цезаря, да сок трав, — сказал Пасисяки, но вспомнив, что в кармане у него всего пятьсот воней, выпалил: — Правда, я сейчас не голоден и возьму только сок.

— Я бы взяла… — глядя в меню, томно протянула Тули, — мятный напиток, творожные палочки и десертик.

Официант принял заказ и удалился.

— Так значит… ты чистишь вентиляции? — поинтересовался Пасисяки после небольшой паузы, так как пытался, напрягая слух, разобрать слова песни, звучащей из музыкального автомата.

— Не только. Я их проектирую, устанавливаю и поддерживаю в рабочем состоянии, — ответила Тули и, обернувшись, посмотрела в окно на площадь.

— Работаешь в исцелительной?

— Нет. Я работаю сама на себя, мне так больше нравится. Моё объявление есть практически в каждой газете Токсикотно. Раньше сама искала заказчиков, а теперь заказчики ищут меня — дома́ в городе сейчас уже не первой свежести, их вентиляции надо перестраивать, даже их прочистка порой не помогает.

Этим летом вообще заказов уйма — почти без выходных работаю. Воть... А ты чем занимаешься?

— Я? Я… — Перед глазами у Пасисяки пронеслась сцена, где он рассказывает Тули про потерю себя и про соцвыплаты, про праздношатание мыслей у себя в голове — как это жалко и унизительно звучит — что он покраснел и выдал: — Я устроился работать в «Чик-чирик», на склад.

.. Поэтому и приходил на медицинский осмотр в исцелительную, где и встретился с твоей очаровательной лестницей-подружкой. А так, до этого… я много, где работал… В последнее время вообще писал рассказики и поэмки, но так как издать их не получилось, то забросил это дело.

— Интересно! Я в юношестве сочиняла стихи и мечтала книгу написать, но я слишком неусидчивая, ничего не вышло… Но я бы хотела твои рассказы почитать.

— Правда? — оживился Пасисяки.

— Почему нет? У нас сейчас в книжных мазазинах в последнее время из интересного вообще ничего не найдёшь, одни справочники по жабам, камышам и грибам.

— Я тогда принесу тебе что-нибудь прочесть из своего.

Тули кивнула.

Официант принёс их заказ и поставил на стол.

Тули принялась распаковывать деревянный нож и вилку, а в это время Пасисяки с ужасом стал осознавать, что действие отвара подходило к концу, и он опять погружается в сонливость и раздражительность.