Оберег

— От вас мне нужна одна мелочь: доподлинно узнать, зачем на Русь идете. По делу, аль от дела? С добром, с худом ли? А конь, повторяю, не для продажи.

— Твое какое собачье дело, куда идем? — бросил первый.

— Пять золотых! — почти крикнул второй.

— Служба у меня такая, — повторил Руслан, начиная прикидывать расстановку сил в возможной схватке. Выводы напрашивались самые что ни на есть неутешительные. — Если с добром, то милости просим. А если лихо какое умыслили, то придется вас назад завернуть.

— Здесь пятьдесят мужчин, — ухмыльнулся первый, — а ты всего один. Мы тебя убьем. Если не ищешь смерти, уйди с дороги.

— Коли уже угрожаешь, значит, не с добром пришли. — медленно, с расстановкой проговорил Руслан. — Убить вы меня, может статься, и убьете, спорить не стану, то в руках богов. Но подумай, сколько мужчин у тебя после этого останется? — с этими словами он обнажил меч, и вполголоса бросил назад: — Шмель, если свара начнется, тикай отсюда, и смотри издаля.

— Ладно, десять золотых — и ты нас пропустишь. — подумав, предложил первый. Надменности в его голосе чуть поубавилось.

— И еще десять за коня. По рукам? — возбужденным голосом выкрикнул второй, смотревший на Шмеля, как кот на кошку по весне.

— Нет, ребята. Мзды я, знаете ли, не беру, а мыто у нас в городах собирают.

— Видать, служивый, жизнь тебе совсем не мила. — покачал головой первый, вынимая из ножен широкий нож с богатой рукоятью. Второй, сообразив, что коня можно и бесплатно получить, тоже достал нож и решил обойти Руслана сзади. Со стороны цыганского обоза уже спешили другие верховые, озабоченные тем, что караван встал.

Первый цыган широко размахнулся, собираясь сверху ударить Руслана ножом, но тот опередил его, проткнув насквозь. Выдернул меч, обернулся, перебросил оружие в левую руку и мощным ударом кулака ссадил наземь второго, тоже уже готового ударить.

— Извините, ребята, вы на меня напали, пришлось защищаться. — пробормотал Руслан, прикидывая, кто на него кинется следующим. На него напали сразу трое: двое с ножами, один с кнутом.