Дом Ведьмы. Большая уборка

Да-да, боюсь-боюсь!

— Ну зачем же мы будем есть всякую бяку, радость моя? — ласково поинтересовалась я, капая из бутыли молока в ложку. А из ложки — уже в одну из распахнутых во всю ширь пастей.

Вкус капли молока драконышу понравился, и он восторженно завозился и начал бодать меня в руку головой, требуя добавки.

Марьяша, как мама-птица, которая торопливо роняет в голодные драконьи клювы капли молока с серебряной ложечки, — потрясающая картина, сама бы с удовольствием полюбовалась со стороны.

А я же запаривалась и пыталась успеть во все три голодных рта принести еды, а с учетом того, что все три нетерпеливо толкались у ложки, — это была та еще задачка.

— Миледи, я принес! — в кухню снова ворвался запыхавшийся Триш, и одной только своей взъерошенной, взмыленной на макушке шерстью он заслужил помилование.

А что он принес?

А принес он мне непонятную штуку, похожую на маленький изогнутый рог, только с маленькой дырочкой с узкой стороны.

Судя по всему, я уставилась на эту фиговину ужасно непонимающе, потому что крыс закатил глаза, снова забрал вещицу себе, заткнул дырочку с узкого края тонким пальчиком, плеснул молока из бутылки с другой стороны, а потом сунул сие безобразие в пасть моему дракону.

Рожок для кормления!

Ну точно, я такие же в музее видела, и на картинках в какой-то книжке!

Дракоша сразу понял, как с этим обращаться, и присосался к рожку намертво, отвалившись только, когда рожок опустел.

Да, так, пожалуй, побыстрее будет, чем по капельке из чайной ложки.

Желудки у трех голов моего дракона явно были разные, поэтому докармливать их пришлось отдельно, и уже мне. Для удобства я подхватила дракошу на сгиб руки, и его сходство с маленьким ребенком, ну или хотя бы большим беспомощным котенком только усугубилось.

— Откуда ты это взял? — тихонько шепнула я, глядя как одна из насытившихся головенок моего дракона осоловело хлопает глазками.

Триш смущенно опустил морду.

— Это… Матушка дарила нам с женой на свадьбу.

Он будто перебил самого себя на полуслове, не договарил до конца, увел в сторону взгляд.

— А где же тогда твоя жена?

Наверное, если бы я отличалась каким-то тактом, я б не стала спрашивать. Но любопытство глодало меня сильнее совести.

— Кар’риша служила здесь поварихой, когда работал гостевой дом ди Бухе, — тихонько вздохнул Триш, — когда леди Улия закрыла дом от гостей, Кар’риша просто ушла.