Хорошо забытое старое

Скажите ему, я согласна на десять поцелуев, как вчера, а остальные пусть получит с моих секретарш!

— Ах, нам так не хочется! — сказали секретарши.

— Какой вздор! — сказала замша. — Уж если я могу целовать его, то вы и подавно! Не забывайте, что я дарю вам косметику и плачу зарплату в конверте!

Пришлось секретарше еще раз сходить к подсобнику.

— Сто поцелуев замши! — сказал он. — А нет — каждый останется при своем.

— Становитесь вокруг! — сказала замша, и секретарши обступили ее, а подсобник принялся целовать.

— Это что еще за сборище у кладовки? — спросил начальник, выйдя из кабинета.

Спустился начальник на первый этаж, подкрадывается потихоньку к секретаршам, а те только тем и заняты, что поцелуи считают: ведь надо же, чтобы дело сладилось честь по чести и подсобник получил ровно столько, сколько положено, — ни больше, ни меньше. Вот почему никто и не заметил начальника, а он привстал на цыпочки и глянул.

— Это еще что такое? — сказал он, разобрав, что дочка целует подсобника, да как хватит его по голове папкой с внешнеэкономическими контрактами!

Случилось это в ту минуту, когда подсобник получал свой восемьдесят шестой поцелуй.

— Вон! — в гневе сказал начальник и вытолкал дочку с подсобником из пределов своего учреждения.

Стоит и плачет дочка, подсобник ругается не хуже Шнурова, а дождь так и поливает.

— Ах я горемычная! — причитает замша. — Ах я несчастная!..

А подсобник зашел за угол, стер с лица макияж, причесался по-человечьи, сбросил рабочий халат — и вот перед замшей уже мачо в костюме, да такой пригожий, что она невольно сказала по-иностранному «Wow».

— Теперь я презираю тебя! — сказал он. — Ты не даже захотела поговорить с честным офис-менеджером. Ты ничего не поняла ни в кактусе, ни в попугайчике, зато могла целовать за безделки обслуживающий персонал. Бомонд ты, вот кто.

Он сел в свою старенькую «Шкоду» и уехал.

А замша позвонила папе по мобильному и разревелась в трубку.

Пора!

— Да вы, оказывается, настоящий мастер! — изогнул бровь Калиостро, вертя в руках маленькую деревянную шкатулку с искусной резьбой. — Даже не верится, что в столь юном возрасте можно быть способным на такую филигранную работу.

— Скажете тоже, господин Калиостро... — смутился Алёша. — Так, иногда балуюсь на досуге.