Убить дракона

Раз деревня у дороги стоит, то и трактыр иметься должо́н.

В подтверждение своих слов, староста ткнул пальцем в незамеченный до этого обрезок доски с намалёванной на ней непонятной чудой-юдой и гордой надписью, выведенной красной краской «ТрактырЪ у Горынича».

— Во! — важно поднял палец кверху Трифон и, ухватив юношу за локоть, потащил в сторону трактыра, попутно выдавая указания своим домочадцам. — Настька! Бегом в избу, да мечи всю снедь на стол. Героя потчевать будем. Тихон! Коня богатырского обиходь, да в стойло поставь.

И доспех лыцарский в чулан снеси. Упрёт кто, самолично голову сверну!

Иннокентий с тоской посмотрел на засуетившихся раскорячинцев и, давя в душе непонятную тревогу, позволил себя увести. Бой с драконом, похоже, пока, откладывался.

***

Избушка Трифона, на озвученный им трактыр, совсем не походила. Ни тебе большого зала, заполненного гомонящей разношерстной публикой, ни барной стойки с выставленными рядом пузатыми бочонками, ни расположенной по соседству кухни, дразнящей ароматными запахами.

Обычная крестьянская изба с огромной печью в полдома и грубосколоченным столом с двумя длинными лавками по бокам. В одном углу пристроился массивный окованный железом сундук, в другом широкая кадка с положенным сверху деревянным черпаком.

Но Трифоном от своих слов не отступился. Сказал «трактыр», значит «трактыр». Он хозяин. Ему виднее. Тем более, что Настька, усадив Стешу возле кадки и сунув ей в руки клубок с шерстью, проворно взялась за дело, выставив на стол исходящий паром чугунок.

Следом перед гостем выложили полкаравая хлеба, миску с квашеной капустой и шмат закопчённого, нарезанного крупными ломтями сала. Расположившийся напротив Трифон бухнул по столешнице пузатым кувшином.

— Взвар у меня хороший, крепкий, на дубовой коре настоянный, — похвастался старик, разливая густую, тягучую жидкость по кружкам. — Иному вину заморскому не уступит.

— А может не стоит пить? — засомневался Иннокентий, осторожно принюхиваясь к противно пахнущей жидкости.

— Мне же в бой поутру идти. Дракона изничтожать.

— Да куда он денется, дракон этот? — небрежно отмахнулся Трифон, накладывая из чугунка тыквенную кашу. — Чтобы этакий богатырь да не победил! Ни в жизнь не поверю! Дождались мы тебя, наконец, Герой! — выдавил старик скупую слезу. — Теперь на радостях и выпить не грех!

— Хелой! — откликнулась из своего угла Стеша, увлечённо наматывая нитки вокруг черпака. — Лох! — добавила она, мазнув взглядом по поясу юноши.