Черные крылья

 

 Новичков здесь не очень-то жаловали. Пусть Арн и помнил большинство этих  людей по своему прошлому путешествию с Келвиром, но с момента последней встречи дружелюбия в их глазах нисколько не прибавилось. Скорее наоборот.

  Несмотря на немного натянутую атмосферу, то тут, то там возникали ленивые разговоры – кто-то перебрасывался с соседом парочкой-другой фраз, после чего вновь возникала тишина. Келвира не было видно с тех пор, как он залез в свою повозку, но Арн и не скучал. 

 Прошло уже три дня пути, но контрабандист лишь дважды выходил, да и то, на ночевках.

Келвир словно не желал замечать незваных гостей и Арн отвечал ему взаимностью.

 Болтаясь в отдельной телеге вместе со своими прежними спутниками, охотник безуспешно пытался устроиться поудобнее на жестком днище. После того, как лошади за минувшую ночь изрядно подъели запасы хранящегося тут сена, любая поза казалась Арну неприятной. С каждым скачком телеги, ее дно и борта становились для охотника все жестче и ненавистнее.

К тому же у мужчины сильно чесалась спина, и это лишь добавляло ему нервозности и раздражительности. 

  Вэлфиар хранил молчание и холодно смотрел на удаляющиеся стены города. Куртаге почти скрылся из виду и теперь казался крохотным пятном на горизонте, но черного дракона, как будто, что-то настораживало. По своему обыкновению Мраконосец был немногословен и хмур, баюкая на руках притихшую дочь. 

 Амелия все чаще засыпала, открывая темные глаза, только чтобы поесть.

По словам Мраконосца – чары и насильственное пребывание в человеческой оболочке истощали девочку. Арну даже начало казаться, что Амелия попросту теряет сознание, но он не лез с расспросами к Вэлфиару. Даже незнакомому с драконом человеку было видно, что Мраконосец волнуется за дочь. А в таком состоянии его лучше не доставать.

 Единственной, кого все устраивало, была Алика. По словам ведьмы, силы возвращались к ней, а новое тело больше не казалось чужим. К тому же, Вэлфиар перестал смотреть на спутницу с откровенным презрением и Алике, несомненно, стало проще дышать.

 

 Причиной столь разительных перемен во взглядах Мраконосца было то, что ведьма изготовила для Амелии отвар, прогоняющий жар и дарующий девочке здоровый сон. Вначале Вэлфиар наотрез отказывался от помощи людей, но когда вчера вечером на губах закашлявшейся вдруг Амелии выступила кровь, черный дракон сделал, казалось бы, невозможное и переступил через гордость.