Отступники

И тут случилось нечто совершенно для меня неожиданное. Голова Кэс вдруг с отчетливым хрустом повернулась вокруг своей оси и я увидел изуродованное собственным излучением лицо. Язвы, наросты, слепые глаза.

- Тогда захвати мне на обратном пути кремовых эклеров! – взвизгнул высохший рот.

Я заорал, столкнул чудовище в ручей, а сам бросился опрометью через лесной кустарник, рыдая и хохоча одновременно.

Когда я проморгался и различил свет фосфорного факела, Рем уже вовсю тряс меня, ухватив за ворот.

- Достаточно, - я клацнул зубами.

- Точно? – спросил Рем. – Может пощечину?

- Нет, я держу себя в руках. Что я делал?

- Ты пытался меня облапать и поцеловать, - сдержано поведал Рем. – А потом обхватил коленки руками и начал рыдать.

- Тут везде воспоминания какого-то магга, - сказал я, потирая виски. – Я видел кое-что…

- Интересное?

- Не особенно. От нее пахло луком. О, кости Первого, почему бы просто не наслать на нас орду нежити? Между прочим, внизу я насчитал сорок восемь скелетов, в легенде их было ровно полсотни.

Интересно, где еще один, не считая Вохраса?

Скри-и-пс-с, - сказала темнота совсем близко.

- Знаешь, что бывает, когда задаешь такие вопросы? – спросил Рем напряженным шепотом.

Скри-и-пс-с, - уже за дверным косяком.

Я вскочил, и мы с сухолюдом заняли глухую оборону за какими-то обломками, гниющими на полу. Я присел на одно колено и натянул лук, стрела хищно стрекотала в моих руках.

- Внимание.

- Ага…

Скреап-с.

Оно появилось в проеме.

Обычно я начинаю издалека, что вызывает у некоторых сухолюдов желание пнуть мне под коленку или дать по печени.

Поэтому здесь я скажу прямо: это был гигантский глобус. Каркас был выполнен из толстых надежных брусьев, а на него были набиты пластины искусно выкованных двойников Зрачкового континента и Капиллярных островов. Я уже видел такой глобус в Гротеске, в Акте Террагонии и всегда неприятно удивлялся тому, как люди умудряются совершать столь великие географические открытия и одновременно верить в то, что единственное настоящее знание – это Инкунабула Первого.

Я приспустил тетиву.

- Может он тоже говорящий? – предположил Рем. – Катается здесь и точит зубы на мух, которые на него гадили. «Мухи! Как же я ненавижу этих тварей! Я не могу их прихлопнуть, а они этим пользуются!

- Кстати, где Олечуч? – я усмехнулся. – И Проглота неслышно.

Скри-и-пс-с, - ответила темнота.

Я не успел выпалить очевидное и бесполезное: «о, Первый, это не шар!».