Сердце в турмалине

Сердце в турмалине

Александр Накул

Предисловие: Никола Зимний и не только

Не могу сказать, что “Никола Зимний” — моя любимая рок-группа. Не могу даже сказать, что она занимает большое место в моей жизни — или что я как-то поучаствовал в её делах.

Её нельзя назвать даже умеренно популярной, как “Мастер” или “Кафе” или культовой, как “Соломенные еноты”.

И, тем не менее, они ухитрились меня удивить.

Впервые я узнал о них в году 2004, когда наткнулся на сайт, где был выложен опус “Моральные Уроды” — неофициальная история “Николы Зимнего”, написанная Максом Б.

Б., он же басист Максим Борисевич.

Мемуары, признаться, впечатляли куда больше довольно пресного официального сайта группы, где только и информации было, что у группы есть участники и она иногда выступает.

Тем более, что мемуары были написаны на особом, древненордическом языке. Подобно формальному языку Гомера, который походил на все древнеионийские диалекты сразу, этот язык был специально разработан для отображения беспредельного бытия обителей Выселок или же, по выражению самого автора, “средство против засилья хачековатых рыночных наречий и оборзевших до отсутствия крайней плоти их глашатаев”.

Дополнения коснулись даже алфавита — для более точной передачи звуков и событий он был усилен четырьмя мощным буквами (к слову, весьма тяжёлыми и металлическими): Ы краткое, Гхы, Отрыг, и ещё одной, которая вообще не ртом произносится. Так что автор был чем-то похож на божественного римского императора Клавдия — главный герой дилогии Грейвза тоже новые буквы вводил.

Сам Максим Борисевич легко узнавался в персонаже по прозванию Патитучка (чья фамилия в тексте не указана, хотя исследователи установили, что она начинается на суровую букву Б и заканчивается на джъджъджъ). Фронтмен, вокалист и автор песен Николай Михеев был изображён как Майкл Моисеич Волос, полуеврей и полуантисемит, любитель морковной ханки. Собственно, с их встречи и началась история группы, а вместе с ними и события мемуаров.

Кто скрывается под неброским псевдонимом Чун Джынгыргырло — Илья Берестнев или более доисторический барабанщик — выяснить уже затруднительно.

Зато на страницах встречалось немалое количество друзей, приятелей и просто остальные соучастники и сострадающие губчекистскому движению, в частности: Жоржик, Трытюк, Вайдадон Смит, каратист Фофан, мальчик Катя по прозвищу Кадет, Трытытюк — старший брат Трытюка, Ильич с лампочками, младший брат Волоса Организьма и множество других примечательных личностей.