Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

– Ы-ы-ы! – в бессильном бешенстве взвыл Абаназар, колотя себя кулаками по ляжкам. – Скажи мне, о гнусный предатель, кто посмел сотворить с тобой это непотребство?

– А зачем тебе?

– Я хочу расквитаться с ним!

– Не скажу!

– Скажи, или я… или я такое сотворю! Ух, я сам себя боюсь, когда я в гневе. – Колдуна и вправду передернуло.

– Твори, – безразличным тоном отозвался невидимый Каззан.

– Значит, не скажешь?

– Нет!

– Смотри же: я, могущественный Абаназар, сейчас сам узнаю его имя!

– А-ха-ха-ха!

Абаназар обиженно надул впалые щеки, но все же незамедлительно принялся за дело.

– Тыгылды, шмыгылды, тум-тум! Кыгылды, берылды, хрум-хрум! – вещал он, вскидывая то одну руку, то другую и производя ими хватательно-вращательные движения. – Сигылды, кирылды, бум-бум…

– Хи, хи-хи! Ох, уморил, хозяин! Заклинаю тебя Сулейманом: прекрати меня смешить, а то я точно пузо надорву.

– Ты меня сбиваешь, о презренный предатель!

– Прости! Хи-хи, – прыснул напоследок Каззан и затих, прячась где-то совсем рядом за пеленой невидимости.

Колдун оттого нахмурился еще больше, глубокие морщины избороздили его покатый узкий лоб, но он промолчал. Тяжко вздохнув от накатившей безысходности и жалости к себе, Абаназар закрыл глаза, помолчал, распахнул их вновь и продолжил:

– О звезда Нихал, венчающая Караван Верблюдов, укажи мне человека, так бессовестно обобравшего меня!

Некоторое время на небе ничего не происходило, но, когда Абаназар уж было решил плюнуть на эту затею, звезды внезапно стронулись со своих мест и начали собираться в пока неясный знак.

– Ага! – несказанно обрадовался Абаназар. – Видел, как я их?

Джинн ничего не ответил, и Абаназар обиделся на него – еще бы, оставить без внимания столь сложное колдовство такого талантливого черного мага.

Между тем звезды продолжали двигаться и перестраиваться. Абаназар пригляделся к ним, и веселость разом сбежала с его лица.

– А-ха-ха-ха-ха! – зашелся в новом приступе хохота джинн, как только звезды прекратили свое движение и замерли. – Ох, колдун! Ох, держите меня!

Абаназар долго смотрел в небо, потом сорвал с плеч изодранный бурнус и принялся топтать его ногами. С неба на него бесстрастно взирала огромная звездная дуля.