Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Отлежавшись на почерневшей от копоти земле и несколько придя в себя, Абаназар поднялся на ноги и придирчиво оглядел себя в тусклом свете догорающего костра. Одежды его пришли в полную негодность, и сейчас он походил на чумазое пугало в развевающихся на слабом ветерке лохмотьях. Дорогой чалмы не было вовсе, а тапки – сами знаете, что с ними произошло. Зло скрипнув зубами, Абаназар поплелся к колодцу – хотелось напиться и хоть немного привести себя в порядок, но ведро отсутствовало, и нечем было зачерпнуть воду.

Абаназар, пребывая в самом что ни на есть дурном расположении духа, бессильно опустился на край обода колодца и уныло повесил голову. И тут он вспомнил о кольце, все еще удобно сидевшем на его пальце. А вдруг в тот раз он просто что-нибудь не то сделал? Знаете же, как бывает: запутался, не там потер, не так дунул-плюнул или перепутал последовательность действий. Абаназар, затаив дыхание, повернул камень кольца на пол-оборота и потер его пальцем.

– Явись мне, раб мой! – воскликнул колдун и застыл, всматриваясь в глухую ночь.

– Ха-а, ха-ха-ха! Хо-о, хо-хо-хо! – раздалось совсем рядом.

Абаназар в ярости сжал немощные кулачки и завертел головой.

– Где ты, негодный джинн?!

– Хи, хи-хи-хи!

– Покажись и кончай свой глупый смех! У меня от него мурашки по коже бегают.

– Хе-хе! Кхе! Кха! – закашлялся Каззан, но так и не показался. – Не смеши меня, о наихудший из колдунов и наивнейший из старых ослов, а то я лопну от смеха.

– Да как ты смеешь так со мной говорить, презренный раб! – вышел из себя Абаназар, от бессилия заметавшись вдоль забора. – Покажись сейчас же!

– Не покажусь.

– Почему? – мгновенно застыл на месте Абаназар.

– А потому: не хочу, и все тут.

– Да как ты… как ты смеешь возражать мне, отрыжка шайтана! У меня твое кольцо, вот! – продемонстрировал кольцо Абаназар, попутно вертя головой – вдруг да и объявится джинн.

– Знаешь, можешь засунуть его себе… в общем, сам сообразишь куда, – отозвалась пустота.

– Ах ты!.. Да как у тебя только язык повернулся ляпнуть такое мне – мне, великому Абаназару!

– Ай-яй, какая патетика: «повернулся», «мне», «великому». Намотай себе на свою козлиную бороду: я теперь свободен. Сво-бо-ден! Понял? Достаточно ты понукал мной.

– Как… свободен? – покачнулся Абаназар, разум его на мгновение помутился. – Невозможно! Этого не может быть!

– Может как видишь. Есть добрые люди на свете.