Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Здесь у нас имеется ковер-самолет…

– Саид, без обиды! – остановил Максим. – Понимаешь, нас немного время поджимает, и парень вон уже зевает, – указал он на Ала ад-Дина.

– И ничего я не зеваю, – пробормотал юноша, прикрыв рот ладонью. – Я просто сегодня плохо спал и встал рано.

– Вам неинтересно? – У Саида лицо вдруг стало таким несчастным и печальным, что Максиму стало жаль мужика.

– Нет, что ты! Все крайне познавательно, но мы здесь, понимаешь ли, по важному делу.

– Без балды, – поставил восклицательный знак Ахмед, заметивший колебания бывшего товарища по банде.

– Ну, если без нее… Чем же я могу вам помочь?

– Ты по-быстрому перечисли все, что у тебя здесь есть, а мы уж решим, к чему приглядеться повнимательнее.

– Ага… – задумался на мгновение Саид. – Значит, так. Имеется: ковер-самолет, метла летучая, кумган бездонный, – начал перечислять Саид, указывая пальцем на соответствующий экспонат, – медяк неразменный номиналом в шестнадцатую часть динара…

– Это нам точно без надобности.

– Ну почему же? – вожделенно потер ладони Ахмед, но мигом притих под суровым взглядом Максима.

– Живая вода, – продолжал перечислять Саид, – мертвая вода, еще один колпак-невидимка, сапоги-скороходы, чувяки-самотопы, скатерть-самобранка…

– Само – что? – переспросил Ала ад-Дин.

– Бранка, – пояснил Максим. – Сама бранится.

– Вовсе нет! – возмутился Саид. – Она…

– Проехали. Дальше.

– Дальше так дальше. – Саид безразлично пожал плечами. – Кальян-самопых, дубинка-дай-по-башке…

– Дельная вещь! – цыкнул зубом Максим.

– Торба-самотряс, штаны-самонадевайки, юбка…

– Самоснимайка, – пошутил Максим.

Ахмед хихикнул, а Саид только головой покачал.

– Юбка-летайка. Надеваешь и летаешь, – развел он руки в стороны и приподнялся на носочках.

– Ты и ее пробовал? – поинтересовался Максим, с трудом сдержав улыбку.

– Не буду я отвечать, не хочу, – буркнул Саид и опять посерьезнел. – Так, что я забыл? – Он обвел пристальным взглядом комнату. – Ах, да! Клюка-золоточеканка – коснешься медной монеты, и станет она золотой.

У Ахмеда глаза прямо-таки загорелись, но он не рискнул прикоснуться к клюке, заметив, как у Максима заходили ходуном желваки.

– Прутик вот еще. Один кончик его уменьшает, а другой – увеличивает. Еще волшебные лампы без счета. А вот лампа Владыки джиннов, – с благоговейным трепетом в голосе сообщил Саид, указав на главную достопримечательность выставки, – и еще совершенная безделица – волшебная палочка.