Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Справа от него «орел» задумчиво ковырял в носу и вожделенно пускал слюни. Мысль о женитьбе на принцессе всецело завладела разумом Нури, но чувствительный от отца тычок локтем в бок привел молодого человека на время в чувство – палец пришлось вынуть, а слюни утереть рукавом.

– Что-о?! – задохнулась от ярости Будур. – За этого слюнявого, напыщенного осла?

– Ты, верно, хотела сказать, орла, – поправил султан.

– Осла, именно осла, отец.

– Не перечь нам! – взорвался султан, тряся пальцем.

– А вы не кричите на меня!

– Это ты кричишь! – Лицо султана начала багроветь.

– Я не кричу!

– Кричишь!

– Нет!

– Да!!!

– Ах, так? Вот вам! – Принцесса схватила подушечку и запустила ей в султана.

Султан, считавший недостойным себя увертываться от атласных подушек, пущенных рукой сварливой девчонки, стойко принял удар в лицо. Перья взвились в воздух, и султан сплошь покрылся ими, став похожим на растрепанного упитанного гуся, но величественного вида не утерял.

– Мгм? – задумчиво произнес султан, и к нему тут же сбежалась застывшая в ужасе прислуга и принялась бережно, перышко за перышком, «общипывать» султана. Ждать пришлось довольно долго, но султану торопиться было некуда; Будур – тем более. Когда наконец с монаршей особы было снято последнее перо, султан пожевал губами, грозно свел на переносицы тяжелые брови, а слуга деловито поправил чуть сбившуюся набок чалму.

– Глупо, дочь наша. Очень глупо. Но ты все равно выйдешь замуж за слюнявого ишака…

– Осла, отец, – поправила Будур.

– Да, конечно, – пробормотал султан рассеянно. – Постой, какого еще осла?! Зачем ты нас путаешь? Мы хотели сказать, за нашего орла Нури, а не какого-то там ишака!

– Осла, отец!

– За Нури ибн Юсуфа аль Рашида – славного сына достойнейшего человека (после нас, разумеется), – закончил султан, не слушая возражений дочери.

– Вот твоему славному и достойнейшему ослу! – И вторая подушечка впечаталась в физиономию улыбчивого и мечтательного отпрыска главного визиря.

Вновь в воздух взлетели перья, но султан, дабы исключить совершенно ненужную задержку на очередную чистку, вовремя, хотя и степенно, отступил на пару шагов в сторону, так что перья облепили исключительно визиря и его сына, однако на этот раз никто из прислуги не поспешил на помощь.

– Да восславится наша принцесса, – завопил главный визирь, не желая терять лица.