Таинственный сад

– Капитан Леннокс и его жена умерли от холеры, – сказал мистер Крэйвен в своей обычной лаконичной, холодной манере. – Капитан Леннокс был братом моей жены, поэтому я стал опекуном их дочери. Ребенка надо привезти сюда. Вы поедете в Лондон и привезете девочку.

Поэтому миссис Мэдлок упаковала свой маленький саквояж и отправилась в путешествие.

Мэри сидела в углу вагона с кислой и злой физиономией. У нее не было книги, ей не было на что смотреть, поэтому она сложила свои тоненькие ручки в черных перчатках на колени, и просто сидела молча.

Черная одежда еще больше подчеркивала желтизну ее личика, а пряди жестких, светлых волос выбивались из-под черной креповой шляпки.

– «В жизни не видала такого вреднючего ребенка», – подумала миссис Мэдлок. (Словом «вреднючий» в Йоркшире называли избалованных и раздражительных детей). Она никогда не видела ребенка, способного сидеть так долго, ничего не делая; в конце концов, ей надоело приглядываться к девочке, и она заговорила пронзительным голосом:

– Думаю, пора рассказать вам о месте, куда мы едем.

Знаете ли вы что-нибудь о своем дяде?

– Нет, – ответила Мэри.

– Вы никогда не слышали, чтобы ваши родители о нем разговаривали?

– Нет, – ответила Мэри и задрожала. Она задрожала потому, что осознала: отец и мать вообще никогда и ни о чем с ней не разговаривали. Они ни о чем ей не рассказывали.

– Хм! – пробормотала миссис Мэдлок, глядя на странное, замкнутое личико девочки. Какое-то время она помолчала, затем продолжила: – Я думаю, все-таки вам надо кое-что рассказать, чтобы вы приготовились.

Дело в том, что мы едем в необычное место.

Мэри на это ничего не ответила, и миссис Мэдлок, разочарованная ее равнодушием, опять помолчала, а потом вздохнула и продолжала: – Надо признать, это огромный дом, но угрюмый, и мистер Крэйвен по-своему гордится им. Этому дому уже шестьсот лет, и он находится на краю огромной вересковой пустоши; там около ста комнат, хотя большинство из них заперто. И там висят картины, и стоит красивая старинная мебель – уже много веков, а вокруг огромный парк и сады.

Ветки некоторых деревьев достают до самой земли. – Она снова помолчала, вздохнула и неожиданно закончила: – Вот и все, что я хотела вам рассказать.

Мэри, сама того не желая, начала прислушиваться. Все, о чем она услышала, было не такое, как в Индии, а все новое ее привлекало. Но она и виду не подала, что ей интересно. Это была одна из ее неприятных привычек. Так что она продолжала сидеть молча.