Илька из Закустовки

К их столику под изумленным взглядом Ильки двигалась высокая статная красавица с черными как смоль косами на пышной груди. Только серебристые нити, кое-где мелькающие в волосах, лучики морщинок да много повидавший взгляд выдавали ее возраст. Подскочивший с места Пафнутий моментально оказался в сдобных объятиях жены, утонув носом в декольте, поскольку только дотуда и был росточком, а столик начал заставляться аппетитно пахнущими вкусностями, которые шустро принесли юркие официанты.

— Я не совсем поняла, мадам Шнырь, а куда сам-то мой муженек с братцем подевались? — Грета даже не обратила внимания на поставленное перед ней фирменное блюдо гномской кухни «говядина в темном пиве».

— Сказали, дела у них, а в академию, сама знаешь, их без блокиратора со следилкой не пустят. — Жена завхоза пыхнула разноцветным ароматным дымком из зажатой в зубах изящно вырезанной курительной трубки. — Помнишь же, что они там в свой прошлый визит учудили.

Гоблин, сидя рядом с супругой, раскатисто заржал, а Грета покраснела и насупилась, бормоча, что еще припомнит мужу его подозрительные «дела».

Ильке было очень интересно, что же такого устроили неугомонные близнецы, но, видимо, ей об этом никто рассказывать не собирался.

Шуршегрем, опять забравшийся под стол, слегка прикусил ее за ногу и начал сердито выговаривать, что сердца у противной девчонки совсем нет, да и совести тоже.

«Я тебя тут защищал, а кто меня в этом скопище магов защитит? — осенней мухой зудел он в голове Ильки. — Или ты меня тут оставишь? Может, они тут метаршиглов готовят по праздникам! И кстати, пахнет вкусно.

Сара была женщиной умной, да и опыт общения с разными магическими питомцами у женщины имелся. Чего стоила одна болтливая золотая рыбка Карп Поликарпыч или семейство выусней, которых как-то притащил похвастаться Пантелеймон, домовой некромантского факультета.

— Это питомец твой? Голодный, наверное? — ласково пропела она, искоса лукаво взглянув на высовывающийся из-под скатерти кончик черного носа в обрамлении подпаленных усов.

Шуршегрем высунулся из-под скатерти целиком, и маленькие пуговки рубиновых глазок влюбленно уставились на потрясающую даму, так понимающую его тонкую душевную организацию.

— Сарочка, это так-то фронтирский метаршигл, — предостерег жену гоблин.