Записная книжка вампирши

Я полетала немножко кругами, повыла для приличия замогильным воем и села за столик.

— Чего изволите? — подскочил кособокий шестиглазый официант на восьми лапах — вечно забываю, как его зовут. Он арахноид, а у них имена труднопроизносимые.

— Вишнёвой настойки и чего-нибудь вегетарианского в кляре.

— О, мадам Неледа, я вас не узнал. Богатой будете.

Я прогрызла в простыне отверстие, просунула голову и улыбнулась ему, сверкнув клыками. То есть я сама, конечно, не видела, но знаю от зубного врача, что мои клыки — блестящие.

— А ты всё хорошеешь, сестрёнка! — сказал дон Дубино, дендромутант, и со скрипом уселся на соседний стул. Я так и не поняла, что скрипело — стул или он сам. Старый хрыч врал, никакая я ему не сестра, просто он ко всем так обращается. И что я хорошею, тоже наверняка врал — нельзя хорошеть, когда тебе уже миллиард лет и бОльшую часть из них ты провела на том свете. Но проверить этого мне не дано — я не отражаюсь в зеркале.

— Не играй с огнём, — кокетливо улыбнулась я. — Для тебя это вдвойне опасно.

— У меня в кармане огнетушитель!

— Не верь ему, Неледа, он врёт, — пробулькал бесформенный Бултых и плюхнулся в подставленный ему уборщицей ушат. Бултых — болотник, внешности не имеет и вообще жидкий. Как он умудряется разговаривать, ума не приложу. Но так-то он парень хороший — когда не плюхается на пол прямо у тебя под ногами. Есть у него такая привычка.

— Врёт, что хорошею? — уточнила я, состроив змеиное выражение лица.

— Ну что ты, сестрёнка, не в том смысле! Ты, как всегда, прекрасна. Я про огнетушитель. То есть не в том смысле… — запутался Бултых и пошёл волнами.

— Давно не виделись, графиня! — приветствовал меня мохнатый и рогатый Хвостонос. Как его описать словами, признаться, не знаю. Это что-то вроде клубка шерсти, из которого с одной стороны торчит нос, а с другой хвост, и повсюду натыканы козлиные рога. Графиней он меня зовёт по старой памяти: однажды я ему соврала, что у меня графский титул, и этот дурак поверил.

— Какие хреновости, что паршивого произошло? — я лучезарно улыбнулась своим нечистым товарищам.

— Да всё как обычно, — пробулькал из ушата Бултых и покрылся крупными пузырями. — Упрыг опять упрыгал от своей жены, и она всю прошлую ночь ловила его сачком. Грызелла перегрызлась со всеми соседями по общежитию, и с ней никто не разговаривает.