Нейтрально-враждебный

К этому моменту пылевая завеса стала чуть жиже, и Стасик разглядел на месте некогда несокрушимой стены огромный вал каменного крошева. Стена не просто рухнула, некая загадочная сила превратила мощные каменные блоки в мелкий щебень. То есть, почему же – некая? Пусть Стасик и был напуган до икоты, он быстро связал одно с другим, и догадался, кого конкретно следовало поблагодарить за обрушение городских стен. Все-таки бумажки с письменами, приклеенные им к фундаменту стен, оказались не какими-то безобидными шпионскими штуками.

Ильнур вскинул меч, и тот ослепительно засиял в его руке. Верховный паладин Форинга вскричал громовым голосом:

- Герои! Все сюда!

Стасик решил, что ему необходимо где-то спрятаться. С минуты на минуту здесь могла закипеть битва, и он мог случайно пострадать в ней. Сам Стасик в бой не рвался. Но война, она такая – не разбирает, участник ты, или просто мимо проходил.

Из пылевой завесы стали появляться герои Форинга. Выглядели они неважно. Парадные доспехи воинов превратились в измятый и исцарапанный металлолом.

Несколько героев подняли на сцену бесчувственную девушку в окровавленной чародейской мантии. Целители склонились над ее телом, попытались залечить раны, но быстро поняли, что их вмешательство уже не требуется. Девушка была мертва. А воскрешать мертвых не умел ни один целитель.

- Что же я наделал? – в ужасе пробормотал побледневший Стасик, представив себе всех тех, кто погиб под завалами. Стены рухнули прямо на толпу и похоронили под собой сотни людей.

Но в полной мере проникнуться чувством вины ему помешала новая напасть. Сквозь пылевую завесу Стасик разглядел какие-то тени, взбирающиеся на гору обломков, что высилась на месте рухнувшей стены. Вначале он решил, что наблюдает выживших людей, пытающихся в спешке покинуть город. Но вскоре понял, что ошибся.

На вершину каменного вала выехал всадник. Пыль достаточно рассеялась, чтобы Стасик смог во всех подробностях разглядеть этого человека. Вез его огромный черный конь, а сам всадник был с головы до ног закован в вороненые латы. Сквозь прорези его шлема пробивался свет горящих красным огнем глаз.

Всадник поднял руку, держащую огромный меч. Темный клинок вдруг вспыхнул жутким зеленым пламенем, которое хорошо осветило копошащиеся подле всадника тени.