Непричастный соучастник

Резной буфетик вишневого дерева, широченная высокая кровать с горкой подушек, диковинные креслица у красивого маленького столика с кружевной скатеркой, два вместительных сундука. Повсюду полевые цветы в маленьких вазах, вышитые гладью салфетки и стеклянные стаканчики со свечами.

Сей вздох свечи горели только в двух подставках: на буфете и на низком столике, у которого сидела, разинув от удивления рот, хорошенькая круглолицая девушка. На ней было кокетливое, не домашнее желтое платьице с просторными рукавами и глубоким вырезом на груди.

– Ты кто такая? – требовательно спросил Ремис, отводя взгляд от выреза.

Девушка открыла рот еще шире.

– Зачем заманила меня сюда? – рыцарь сложил руки на груди. – Что замыслила недоброго, красна девица? Для чего это тебе понадобился средь ночи добрый молодец?

– Ик… – девушка судорожно принялась натягивать на плечи откуда-то выдернутый платок.

– Неужто не меня ждала? – картинно вытаращился Ремис. – А зачем веревку прям мне на темя сбросила, а?

– Я не… 

Вырез наконец скрылся под платком.

– Ну и кто ж должен был по ней вскарабкаться, а? – рыцарь ловко втащил веревку в комнату и насмешливо ткнул в один из узелков. – Какой-нибудь рохля, не могущий влезть по нормальной веревке? Как же он по акации-то взбираться умудряется?

– Откуда ты знаешь? – выдохнула Карья.

– Да ниоткуда. – Ремис выбросил конец веревки обратно за окно и ногой придвинул к себе второе креслице. – Просто я очень умный и наблюдательный.

Рыцарь сел за стол и уставился на девушку. Она опустила глаза.

– То есть это тебя Боон прочит мне в жены, – сказал наконец Ремис. – Ну и зачем мне жена, к которой непонятно кто шастает через окно? Зачем мне вообще какая бы то ни было жена? Нет. Определенно нет, ничего не получится.

– Не больно-то хотелось, – огрызнулась Карья, не поднимая глаз. – Тоже мне, завидный жених выискался.

– А ты представь папеньке своего рохлю, – посоветовал Ремис. – То-то папенька рад будет! Он же считает, что ты борца с чудищами смирно поджидаешь, а на простых смертных глядеть не изволишь.

Карья всхлипнула. Раз, другой, а потом закрылась ладонями и зашлась в тихом плаче.

Рыцарь растерялся.

– Я думала, он… – глухо причитала девушка, – думала, он убьет чудище! Говорил, что любит! Что жениться хочет! На все пойдет, чтоб вместе быть! 

Ремис почесал нос.

– Он кто вообще?

– Не твое дело, – хлюпнула Карья и съежилась.