Я дочь дракона, только тсс!

Фаргуда кряхтя скинула охапку дров со спины перед оградой, отряхнулась и сказала Видаре:

— Кликни Перта, пусть отнесет на кухню. Я провожу крину Равенсию.

В курдонёре, куда мы зашли, уже стоял понурый черный дракон, обвитый блестящей упряжью. Его глаза потухли, чешуя уже не блестела, а кожа крыльев одрябла. Я всей кожей почувствовала его отчаяние и апатию.

— Это должно быть крина Вистария с провинции Крестри, — шепнула Фаргуда, неодобрительно поджав губы. — Она уже не в первый раз появляется тут. Все надеется охмурить принца Флэйма.

— Нет, нет, все в порядке, — успокоила я ее. Словоохотливость Фаргуды мне только на руку. Делая паузы, словно мне было трудно об этом говорить, я смущенно пробормотала: — Мои родители… такие строгие… понимаешь? Не хотели, чтобы я… летела на этот праздник. Я ничего толком не знаю, — и с надеждой подняла глаза на служанку: — Ты мне все расскажешь?

— Конечно, — обрадовалась Фаргуда, семеня рядом.

— Так что хочет крина Вистария? — имя принца показалось мне странно знакомым.

В это время я проходила рядом с драконом. Внезапно он взглянул мне прямо в глаза. Тут же острая боль пронзила меня словно выстрел. Вся тоска, что чувствовал дракон, обрушилась на меня лавиной. Я пошатнулась и ухватилась за плечо служанки.

— Что? Что с вами, крина? — встревожилась Фаргуда, остановившись и вглядываясь в мое лицо.

— Ничего, — немного придя в себя, ответила я севшим голосом, — просто немного устала.

— Ой, да что же это я! Вы, небось, всю ночь летели без продыху. Сейчас, сейчас я вас отведу в комнаты, — нараспев проговорила служанка и распахнула двери гостиницы.

А за дверями оказался тот самый охотник, Флэйм. Я на секунду застыла в иррациональном страхе, пока не вспомнила, что он не может меня узнать, ведь тогда я была в обличии дракона. Но Флэйм успел увидеть тень испуга в моих глазах.

Еще больше меня удивила реакция Фаргуды. Она склонилась в молчаливом глубоком поклоне и не шевелилась.

— Ваше высочество, — нежный голосок отвлек внимание Флэйма от меня, и я увидела яркую блондинку, изящно опершуюся о резные перила. Она смотрела прямо на Флэйма, и теперь не оставалось никаких сомнений — это и есть принц.