Сказание о двух мирах. Книга первая

Эта гадость вызывает состояние, схожее с лунатизмом, существо, принявшее корпинус, просто превращается в увальня и находится в своем мире! Просто…

– Кхммм… Ваша честь, – Когран был тут как тут, – я очень рад, что уважаемый мастер имеет столь глубокие познания в грибах и зельях, но все, что касается этой стороны дела, отражено в докладе комиссии лорда Фрелла. Если следопыту так хочется вести расследование, то пусть поступает на службу в особую когорту, а пока его задача отвечать по заданным судом вопросам, касаемо личности Галатара Каморана.

Сиддон с ненавистью посмотрел на Кограна, но все же сдержался, вступать в спор сейчас не имело никакого смысла.

– У меня все, ваша часть!

– Благодарю вас, достопочтенный Сиддон, несмотря на замечание обвинителя, я вас услышал и на эффектах копринуса постараюсь заострить особое внимание.

На лице Даэля засияла улыбка, кажется, весы правосудия уверенно качнулись в его сторону, но даже в такой момент расслабляться было нельзя.

– У кого-нибудь есть вопросы, уважаемый защитник? – Судья повернулся в сторону эльфа.

– Никаких, ваша честь, мастер уже все рассказал.

– Обвинение?

Когран вальяжно встал со стула и почесал подбородок.

– Конечно, ваша честь! После того, как защита так усердно пытала мою свидетельницу, как я могу отказать себе в таком же удовольствии?

В зале послышались смешки, хоть у Кограна было весьма специфическое чувство юмора, но, надо признать, оно все же было.

Он практически вплотную подошел к Сиддону и тихим вкрадчивым голосом спросил:

– Уважаемый мастер, вы тут обмолвились интересной фразой, что ваш ученик «прекрасно разбирался в травах и зельях». Это в каких зельях, позвольте спросить? Уж не в тех ли, что строго- настрого запрещены в вашем учебном заведении?

Сиддон сердито посмотрел на обвинителя, и сущность, простого, как камень, следопыта начала выходить наружу.

– Говорите прямо, вы же вроде не волшебник.

– Кххммм… Да, конечно, я забыл, что вы из лагеря следопытов.

Кулаки старого мастера сжались, но все же жизненный опыт подсказал, что силой и грубостью сейчас делу, точно, не поможешь, а обвинитель тем временем продолжал.