Его любимая зараза

- Саас, я серьезно, - для пущего антуражу пришлось грозно насупиться и сложить лапки на груди. И по полу босой ножкой постучать. А то знаю я этого шипящего, до второго пришествия Князя станет на похвалу напрашиваться. – Что это, где это, зачем тут я, и что это всё значит? И учти, всё сказанное будет запомнено, записано и использовано против тебя! Я не посмотрю, что ты человеческий облик вернул, крутой маг теперь и всё такое. Вспомню былое и отделаю тапкой по старой памяти!

- Не горячис-с-сь, - примиряюще улыбнулся этот поганец.

И, знаете, что? Услышав знакомые свистяще- шепелящие нотки, я прям сразу подобрела! – Это всего лишь комната, Лесинья. Точнее – спальня. Твоя спальня.

Я аж руки опустила.

- То есть?!

- Это мой дом, - просто, и предельно серьезно при этом произнес метаморф. – А теперь и твой. Я решил удочерить тебя, Лесь. Надеюсь, ты не против.

Я где стояла, там и села.

Вот так… сюрприз всех сюрпризов, блин!

- Саас, - сидя на полу, благо ковер значительно смягчил возможные тотальные повреждения того места, которым я обычно думаю, моргнула я, обхватывая озябшие коленки.

– Ты серьезно? Зачем?

- Лесь, - я даже моргнуть не успела, а мужчина из спальни пропал начисто. Вот он вроде был, а вот его уж нет, а на мое плечо заползает небольшой серебристый уж. И только ярко-желтые глаза выдают его с потрохами. – Я подумал, что так будет лучше. Ты меня прос-с-стишь?

- Пока ты в таком виде, я даже злиться на тебя не могу, - призналась честно, машинально скосив глаза. – Ты специально, да?

- Я ж тебя знаю, - хитро прищурился змей.

– Ты весьма вс-с-спыльчива. Но я как лучше хотел. Правда.

- Да вы все как лучше хотите, – не сдержала я горького смешка. – Только меня спрашивать забываете. Почему-то. А ведь я как-то без вас пару сотен лет жила.

- Лесь, - задумчиво прошипел метаморф, привычно обвивая мое запястье, надежно скрывая своим теплым скользким телом бесивший меня браслет. Мол, не о нем сейчас надо думать. – Я это знаю. Но ты ведь все эти годы без дома жила.

Без семьи. Без денег. Но меня приютила, и не просила ничего взамен. Вот я и подумал, что… Что, в качестве благодарности, смогу тебе дать то, о чем ты всегда мечтала. Дом… Твой дом. И с-с-семью. Гил отказался. Он хочет на вольные хлеба. Но он мужчина. Гордый!

- А я типа так? Без характера и мнения?

- Зачем ты так? – напротив меня укоризненным знаком вопроса повисло тонкое змеиное тельце, все еще цепляющееся гибким хвостом за мою ладонь. – Я не приказываю.