Ведьма в запаре. Часть 1

Рубиново-алая жидкость наполнила рюмку, а затем ухнула в мой желудок – по телу растеклось приятное тепло, которого мой похмельный организм ждал с самого утра.

- Садись, - я кивнула на место на подстилке, свободное от лепестков и "разносолов", и Ветер послушно опустился между пучком ромашек, вырванных с корнем и червяком, медленно, но упорно ползущим из васильковых останков к тарелке с грибочками. Я тоже рухнула рядом, - и как ты себе это представляешь?

- Что? – Юзик вскинул на меня пронзительной синевы глаза, поблескивающие подкатывающими слезами, которые еще пару мгновений назад были вполне карими и сухими – я это отметила весьма определенно, поэтому была непоколебима:

- Наши с тобой отношения.

- Я представляю, как мы с тобой будем гулять вместе по полю или берегу реки…

- Три месяца из двенадцати, ибо в остальное время ты будешь находиться в других частях света.

- Я смогу… - Ветер, по всей видимости, хотел в красках живописать, как часто он собирается прилетать ко мне не только из других государств, но и с другой части вселенной, но я слушать не стала:

- А из этих трех месяцев, которые я буду иметь великое счастье тебя лицезреть, материальным ты будешь ровно сутки.

Дело в том, что каждый из четырех братьев-ветров следует за временем года, к котором привязан и, соответственно, вынужден менять место дислокации раз в три месяца. А так как Ветра - всего лишь полубоги, то и все божественные умения у них как бы урезаны. К примеру, они могут становиться материальными по собственному желанию, но им доступно всего лишь двадцать четыре часа.

И, к слову, ещё одна пикантная подробность - они могут даже сделать ребенка людской девушке, но для этого нужно стать материальными ещё и в строго определенный день. У южного ветра это, к примеру, день летнего солнцестояния.

Юзик сначала открыл рот от удивления, потом, как рыба, беззвучно его захлопнул, покраснел, побледнел, пошел пятнами, а в конце светопреставления, устроенного им на собственном лице, загрустил и произнес:

- Ты знаешь.

- Представь себе! - вообще-то я прекрасно понимала его удивление, потому что едва ли на всей земле найдется более пяти человек, что осведомлены о таких тонкостях ветровой физиологии. Да и сама я об этом узнала практически случайно. Но это уже совсем другая история, которую я расскажу в другой раз.