Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

– Тут во мне пробудился ораторский дар. – А то заведут они тебя в такие дебри, что назад без посторонней помощи дорогу не найдёшь.

Сыщик задумчиво провёл тяжёлой ладонью по моему животу вверх, к груди, и задержал руку на солнечном сплетении, слегка на него надавив.

– Нет, всё-таки это не голод, – заключил он.

– А что тогда? – Я подняла голову, но та, за неимением опоры, рухнула обратно на подушку. – А, знаю! – дошло до меня. – Шантаж! Это ведь он сейчас был?

– Ни в коем случае, – ахнул великий детектив, продолжая на ощупь оценивать мои внешние данные.

– Слушай, у меня уже рука затекла. Сними ты наручники, будь человеком, – взмолилась я, готовясь умереть от щекотки. – И прекрати меня трогать. Всё-таки не домашний питомец.

– Почему ты такая худющая? Сплошные острые углы, – пожаловался тот, игнорируя мою просьбу.

– Твоими стараниями, шеф-рабовладелец.

– Теперь меня одолевает желание привязать тебя к стулу и безостановочно кормить.

Откормить, чтобы съесть? Звучит как план.

– Мне и без того хреново, а тут ещё ты добрый такой, – съязвила я.

Со вздохом, означающим буквально что угодно, Мастер Хаги Тко потянулся к моему запястью, повернул в замке миниатюрный ключик и наконец-то выпустил затёкшую конечность на свободу. И с кровати слез – но только лишь затем, чтобы через минуту-другую укутать меня в мягкий плед.

– В последнее время ночи становятся холоднее, укройся, – сказал он, вновь пристраиваясь рядом. – А я глаз с тебя не спущу.

Сказал – и в очередной раз заключил меня в объятия, умостив голову на подушке.

– Думаю, голод всё-таки ни при чём, – засыпая, пробормотал он. – Просто ты мне очень нравишься, Нойта…

Вот тут я и оцепенела. Простые, вроде бы, слова, но от них стало так тепло и одновременно так страшно, словно меня вдруг занесло к полуденному солнцу на душераздирающую высоту, а вся моя прежняя жизнь осталась где-то там, необозримо далеко внизу.

Дальнейшие попытки сбежать я решила перенести на завтра. Очень уж изматывающими оказались и поездка, и оглушительная правда о детективе, и разоблачение.

И ещё, может быть, чтобы меня к стулу привязали, да. Разумеется, с целью накормить.

Глаза слипались. Сон накатывал, как морской прилив. Но перед тем как смежить веки, я опять заметила серебристого паучка. Одного, другого, третьего, целую вереницу паучков, светящихся во тьме.