Кувалда

– Мать твою… – выдохнул Кувалда, набрал воздуха в грудь и сиганул с моста в холодную воду.

Ледяная вода обожгла его вспышкой холода, моментально забирая тепло из тщедушного гимназистского тела. Он погрузился под воду, широкими гребками догнал тонущую карету, в которой уже не осталось воздуха, одним ударом выломал дверцу. Связанная Агния билась внутри, пытаясь избавиться от пут, рядом плавало мёртвое тело похитителя.

Кувалда рывком вытащил сестру из кареты, оттолкнулся ногами от крыши, и уже через мгновение, которое обоим показалось вечностью, они вынырнули, жадно глотая воздух.

– Слава! – простонала сестра, но Кувалда уже нырял обратно. – Куда ты?!

Река снова сомкнула свои волны над головой Краснослава. Карета почти ушла на дно, усеянное всяческим мусором. Капитан Кувалда подплыл к ней и оборвал постромки, освобождая отчаявшихся коней и спасая их от неминуемой смерти. Лошади бешено забили ногами, стремясь как можно скорее выплыть отсюда. Кувалда осмотрелся в воде, но ни извозчика, ни второго похитителя он не увидел.

Они выплыли к берегу неподалёку от моста. Краснослав выбрался первым и помог подняться Агнии. Порыв ледяного ветра проморозил Кувалду до самых костей, и он с жалостью посмотрел на сестру, одетую в одну лишь ночную рубашку, мокрую и оттого прозрачную.

– Куда ты пялишься, извращенец? – прошипела она, прикрываясь руками.

Никакой благодарности. Краснослав отвернулся, стуча зубами от холода.

– Ну да, точно же, – вздохнула она, и обняла брата сзади.

Краснослав будто прислонился к раскалённой печке. Вся вода, которая была на нём, в его одежде и волосах, моментально испарилась. Он понял, что Агния только что использовала свою силу, над которой он раньше посмеялся, и которая вдруг оказалась не такой уж бесполезной.

Уютное чувство сухости и тепла вкупе со смертельной усталостью после долгой погони вдруг накрыло его с головой. Он сел на гранитный поребрик, прикрыл глаза, проваливаясь в сон, и вдруг почувствовал на своей щеке поцелуй.

– Спасибо, братик, – шепнула Агния, но Кувалда так и не понял, во сне это произошло или наяву.

Глава 21

Краснослав широко зевнул, равнодушно глядя на исписанную формулами доску. Первый урок, алгебру, по уверению сестры, пропускать было никак нельзя, даже несмотря на то, что почти всю ночь Сычёвы провели в околотке, давая показания, а в гимназию вернулись под утро, аккурат к началу занятий.