Кувалда

— Встать! — прозвучала отрывистая команда, и все гимназисты поднялись со своих мест.

— Садитесь, — отозвался учитель, Христофор Никанорович, быстрым шагом поднимаясь на кафедру.

Кувалда с интересом поглядел на местного физика, который выглядел, вопреки ожиданиям, статным молодым человеком в дорогом сюртуке, на рукавах которого поблескивали алмазные запонки.

Тот, в свою очередь, заметил внезапное появление Сычёва.

— Решили почтить нас своим присутствием, Сычёв? — медленно и нарочито громко произнёс Христофор Никанорович, пристально глядя на ученика.

Краснослав затылком почувствовал взгляды одноклассников, прикованные к нему. Да, похоже, у преподавателей Славик тоже был далеко не в фаворе.

— Встать, когда с вами говорит учитель! — рявкнул физик.

Кувалда встал. Сзади послышались смешки и шелестящий громкий шёпот.

— Где ваш учебник, Сычёв? Тетрадь? Перо? Чернила? — учитель опёрся на кафедру и наклонил голову, будто допрашивал подозреваемого.

Семён попытался передвинуть свои тетрадки поближе к другу, но Христофор Никанорович только показал на него пальцем, и тот замер, словно кролик перед удавом.

— Молчите, Сычёв? Надеюсь, ваши знания сопоставимы с вашей наглостью, — произнёс учитель.

— Спрашивайте, — равнодушно сказал Кувалда.

Физик ухмыльнулся, будто палач перед экзекуцией, и даже поправил сюртук.

— Сволов, не вздумайте подсказывать, иначе я буду вынужден наказать вас обоих, — сказал он.

Семён поник и съёжился. Похоже, Христофор Никанорович видел его насквозь.

— Третий закон Гюйгенса, — скучающим тоном произнёс физик.

Краснослав напряг память. Перед глазами побежали тысячи строк, читанных давным-давно, в лётном училище, но сколько он ни старался вспомнить — в чертогах памяти такая комбинация отсутствовала.

Семён поднял руку и затряс ей в воздухе изо всех сил, едва сдерживаясь, чтоб не выкрикнуть ответ с места. Остальные ученики пристально следили за публичным унижением Сычёва, ведь подобного шоу в Гимназии не было очень давно.

— Элементарный вопрос, но вы, Сычёв, похоже, считаете, что слишком хороши для изучения физики, — надменно процедил Христофор Никанорович. — Сволов, подскажите своему товарищу.

— Сила действия равна силе противодействия! — выпалил Семён.

Кувалда удивлённо посмотрел на обоих. Сперва на физика, потом на Семёна. Он знал этот закон совсем под другим именем. В его родном мире сотни улиц и проспектов носили имя великого славянорусского учёного Невтонова.