Изабель и призрачное счастье

– Я говорю, отдаю за дарма, а вы так и норовите обидеть сиротку, – я картинно приуныла, думая про себя, что могла бы в театре играть, а не на соревнованиях бегать.

– Три серебряных, – смирился лавочник.

– Семь, – нагло предложила я.

Еще через десять минут торга мы сошлись на 5 монетах серебром. Правда, ложечки пришлось отдать за бесценок, пригоршня меди. С вазой тоже вышло так себе, пару серебряных монет, вот и весь улов. Украшения вместе с табакеркой выудили из лавочника еще три монетки. Мой кошель заметно потяжелел.

Последней на стол легла книга.

– Не возьму, – сразу отмахнулся хозяин ломбарда, – у нас тут грамотеев не водится.

– А зачем читать? – изумилась я. – Тут смотреть надо, – раз, и как заправский фокусник я распахнула книгу где-то посередине.

Лавочник взглянул и аж охнул от увиденного.

– Стыдоба-то какая, – проворчал он, однако книгу не убрал, а наоборот, близоруко щурясь, наклонился пониже, чтобы разглядеть все в деталях.

Хлоп! И я закрыла фолиант у него перед носом.

– Ну что, берете? – я подмигнула, чувствуя себя настоящим негоциантом на барахолке.

– Такое никто не купит, – засопел мужик, хмуря лоб. Видимо пытаясь придумать как бы и товар получить и мне не переплатить.

– А зачем покупать? – удивилась я, – есть способ лучше.

– Какой? – тут же заинтересовался пройдоха.

– Приходит к вам некто и спрашивает: «Вы срамоту продаете?» А вы ему: «Нет, только показываю» – и вот так шасть страничку, а за просмотр деньги платят. Сто просмотров – сто монет, богатеем станете! – искушала я скупщика.

За книгу он отсыпал мне аж шесть монет. Пять – за изделие, и одну – за идею. Ударив по рукам, как заправские торгаши, мы завершили сделку, и я вышла из ломбарда с полегчавшим мешком и приятной тяжестью в кошеле.

Однако с монетами суждено было скоро расстаться. Первым делом я направилась в лавку одежды. Хозяин, худосочный и снулый дядька, с печалью взирал на окружающих, точно постиг всю тщетность бытия.

– Здравствуйте, мне б приодеться, – доверительно сообщила я.

– Всем бы приодеться, – вяло отозвался он.

– Но мне прямо сейчас, – я звякнула кошелем, и мужичок слегка ожил.

– Чего надобно? – поинтересовался он, медленно перебирая разложенные и развешанные вещи, – вот юбки имеются. Корсажи есть. Ленты, – тут он взглянул на меня шумно вздохнул и добавил: – хотя куда вам ленты, вам бы чем прикрыться.

Мне искренне захотелось его стукнуть. Что ж они все так придираются к моей прическе! А я еще старалась красила, стригла.