Пелагея и прочие недоразумения

«Звучит заманчиво», - подумала Юлиана и поспешно перебралась на лестницу. Она совсем не возражала против того, чтобы провести целую жизнь во сне. Особенно если жизнь обещала быть такой же дождливой и серой, как сейчас.

На чердаке обнаружилось множество стёганых одеял, перьевых подушек и кованых сундуков. А в углу, у круглого оконца, поблёскивала тяжелая арфа. Пелагея играла на ней, когда хотела отдохнуть от забот.

Под центральной балкой, на веревке, висели пучки луговых трав, и приходилось нагибаться, чтобы они не испортили прическу.

- Искусственный он, что ли? – поморщилась Юлиана и протянула руку, чтобы пощупать. Нет, плющ был самый настоящий, с живыми листочками без малейшего намёка на подделку. Листья покрывали стену густым ковром. И когда рука прошла сквозь занавесь плюща, Юлиана ни капли не удивилась. Лишь впала в странное оцепенение. За лиственным покровом не было решительно ничего.

Из оцепенения ее вывел звонкий голос Пелагеи.

- Пойдемте! Покажу вам зонтичные плантации!

2.

Пелагея бойким шагом направилась к растительному ковру и исчезла за ним раньше, чем Юлиана смогла что-либо понять. Пирог и Кекс забегали вокруг, норовя испачкать лапами длинную зеленую юбку хозяйки.

- Пойдем! – тявкнул Кекс.

- Скорее! – поторопил Пирог.

Юлиана оглянулась на Мягколапу. Та сидела у люка и вылизывалась, никого не замечая. Или просто делая вид, что не замечает. Она всё еще обижалась.

- Ты с нами? – спросила Юлиана.

Кошка лишь на мгновение удостоила ее вниманием.

- Нет, идите сами. Там этот противный кот.

Затем Мягколапа вновь занялась вылизыванием, и казалось, ничто в целом мире не в силах ее отвлечь.

Юлиана собралась с духом, раздвинула гибкие стебли плюща и вошла прямиком в стену. Полумрак сменился кромешной тьмой. И если бы не привычное пыхтение Пирога да шелест листьев по сторонам, темнота нагоняла бы гораздо больше страху.

Плющ был повсюду. Он шептал Юлиане на ухо неразборчивые слова и пытался ухватить за щиколотку.

Наконец коридор закончился, и друзья вышли на белый свет. Нестерпимо яркое солнце – откуда оно только взялось? – прямо-таки било в глаза.

- Ну как? – поинтересовалась Пелагея. Она стояла, заложив руки за спину, и улыбалась совершенно невероятной, теплой улыбкой.