Сильнейший из магов

А следом в приоткрытую дверь заглядывает голова Гадрела.

— Великий Ка… — он запинается, натыкаясь взглядом на Терри. Его брови сразу смыкаются над переносицей, а учтивый голос становится сердитым. — Терри! Что это такое?

Терри, услышав свое имя подскакивает, но Каин удерживает его на стуле. И сам сердито смотрит на Гадрела.

— А ну цыц! Пусть сидит.

Проповедник смотрит на Каина, потом опять на Терри, и на его лице появляется тень беспокойства.

— Что-то случилось? — спрашивает Гадрел и подходит ближе.

— Голова у него разболелась, — отвечает Каин и отходит обратно к кровати. Стоять рядом с этими двумя становится как-то неловко. Слишком легко Терри расслабляется рядом с Гадрелом, слишком по-свойски Гадрел его трогает. Проскальзывает в этом что-то… Как бы это обозвать нормально?

— С чего это вдруг? — докапывается Гадрел, убирая ладонь со лба. — Горячки нет, кашля я не слышал, из носа тоже не течет.

— Не знаю, — тихо отвечает ему Терри и касается пальцем виска. — Резко заболело.

Гадрел тоже прикасается к его виску двумя пальцами и начинает тихонько массировать. Терри облегченно выдыхает и закрывает глаза, подаваясь ближе к руке проповедника. Каин смотрит за ними со стороны и не понимает, что происходит. В голове мечутся тысяча и одна шутка про мальчика и священника, но вряд ли они сейчас уместны.

Каин прокашливается, привлекая к себе внимание, и усаживается на кровати по-турецки.

— Гадрел, а ты зачем пришел? Про ужин Терри уже сказал.

— Великий Каин, Я дерзнул предположить, что у тебя могут появиться вопросы. Тебя очень долго не было, а мир все это время неумолимо менялся.

— Ты прав, — кивнул Каин. Какой Гадрел умница, сам пришел на его вопросы отвечать. Всегда бы так легко было. Вот только теперь надо придумать такие вопросы, чтобы не спалиться, что он про этот мир вообще ничего не знает. А на это нужно время. — Но сначала надо о Терри позаботиться.

— Благодарю за твою милость, Великий Каин, — поклонился Гадрел, а потом выпрямился и снова посмотрел на Терри с беспокойством. — Я отведу его вниз. Где Великий Каин желает трапезничать?

— Я тут поем, — сразу выпалил Каин. Есть с кучей незнакомых людей ему не хочется. А вот похомячить в одиночку можно. К тому же животик уже бурчит.

Не у Каина бурчит. Бурчит у Терри, если судить по его стремительно краснеющему лицу.