Сильнейший из магов

— Гора обвалилась, а там остались гурры, — с отчаянием говорит она, хотя по глазам видно, что не до конца понимает сказанное. И от этого еще больше боится.

Юнки переглядываются. Одни меняют форму на более звериную, другие — пушат хвосты, третьи — убегают вперед, оставляя повозки на товарищей. Караван ускоряется, насколько это возможно.

Каин напряженно думает. Получается, что случился обвал, и гурры угодили под камни. Им точно нужна помощь. Точнее, тем, кому повезло выжить. Но почему Лина говорит об этом ему? Потому что он Великий Каин? Но он же совсем не великий.

И что делать? В любом случае, просто топтаться тут нельзя. Каин хотя бы может неплохо колдовать, так что совсем бесполезным не будет. Он вдыхает поглубже и решает хотя бы попробовать что-то сделать.

— Пойдем, — говорит Каин Лине, берет ее за руку и тянет на себя, призывая подняться.

Быстрым шагом они доходят до Ниты с малышкой Морой на руках. Точнее в лапах. Медведица тоже беспокойная, идет вперед тяжелой медвежьей поступью. Завидев Каина, она сразу принимается просить у него помощи.

— Каин, Сильнейший из магов, помоги нашим братьям! — почти молится она. Ее большие медовые глаза блестят непролитыми слезами. К ней присоединяются и те юнки, что идут поближе. Они тоже начинают просить, и Каин ощущает, как с каждой просьбой сам оказывается под завалом. Камни-просьбы давят к земле, лишают воздуха и сил, и единственное, на что хватает Каина, это кивнут в ответ. Он ускоряется, сбегая, и не сразу замечает, что начинает задыхаться.

Караван остается позади, а вокруг лишь зелень густого леса да тяжелое дыхание Лины за спиной. Каин немного замедляется и вдыхает полной грудью влажный лесной воздух. На языке оседает ягодный привкус. Это могла бы быть очень приятная прогулка по лесу, но оставшиеся позади камни-просьбы все еще угрожающе нависают над головой. Только попробуй замедлиться, рухнут все разом и раздавят насмерть.

Каин мотает головой, отгоняя это дурацкое ощущение. Никто его не раздавит, никаких камней над его головой нет.

Это просто его отвратительная самооценка пискливым противным голосом орет, что ему не суждено справиться. Потому что он слабый и никчемный.

Но рука Лины все еще уверенно сжимает его ладошку. Она в него верит, и это каким-то неведомым образом помогает идти вперед.

Минут через десять Каин замечает, что тропинка теперь идет вверх. Причем в некоторых местах она излишне ровная, словно из каменных плит сложенная. Может, так оно и есть.