Сильнейший из магов

Даже Мартин с интересом его слушает.

— Берт, расскажи Великому Каину про сопровождение мертвых, — просит проповедник, когда очередной рассказ Берт подходит к концу.

— Конечно! Я ведь обещал, — подмигивает он Каину и усаживается поудобнее. — Дело в том, что ближайший Храм Смерти находится в городке Рит. Мы завтра уже туда доберемся. Осталось только пересечь реку по ту сторону леса.

Он указывает рукой в сторону потухающего заката. На фоне последнего светлого клочка неба виднеются верхушки деревьев. Берт продолжает говорить, убрав из голоса улыбку и приглушив тон.

— Только жрецы Храма Смерти могут правильно провести посмертный обряд. Поэтому раз в месяц кто-то из служителей Храмов отвозит мертвых в Рит. — Слова пропитаны спокойствием усыпальницы, и перед глазами возникают образы серых холодных надгробий. — Важно, чтобы мертвые доехали в целости, поэтому маги замораживают их. И сопровождающий должен поддерживать холод в повозке на протяжении всего пути. Эта ответственность лежит на мне.

— Получается, ты маг, — скорее констатирует, чем спрашивает Каин.

— Для сопровождения мертвых магия необходима, — легко и непринужденно отвечает Берт. Каин оборачивается к нему и снова видит улыбку на подвижном лице. Но даже так его слова звучат как заупокойная месса. — Завтра на закате жрец Смерти проведет обряд. Он зажжет погребальные костры и своей молитвой укажет душам путь к Младшей богине Шайре. Она примет мертвых, поможет им пройти тропой посмертия и направит к вратам новой жизни.

Берт смотрит в глаза, почти гипнотизирует, и его голос легко рисует в воображении образы. Богиня смерти в черном плаще разводит бледные руки для объятий, а души-огоньки летят к ней на встречу, летят за напевной молитвой жреца, летят к своей новой жизни. Печальное и прекрасное зрелище.

Лина чихает, сбивая видение, и извиняется, потирая вздернутый кончик носа. Берт смеется, избавляясь от остатков напряжения.

— Простите, — снова извиняется Лина, виновато заглядывая в глаза Каину.

— Будь здорова, — отзывается Каин, улыбаясь ей. Она улыбается в ответ и бубнит, что и так здорова. Похоже, в этом мире на чихание так не реагируют. Ну и черт с ним.

На следующее утро караван снова трогается в путь. Каин и Лина теперь идут рядом с кибиткой, чтобы размять ноги и не биться на кочках копчиком о деревянную скамью. Поле кончается, и дорога забирается в лес, прорезая в кронах зеленый тоннель.