В Греции всё есть

Гектор повернул голову и прохрипел:

— Ну нельзя быть полностью неуязвимым — тогда бы ты стал равным богам! У тебя есть слабое место? Только не ври умирающему!

Ахилл несколько раз провёл наконечником по краю поножей, выправляя лезвие, затем перевёл глаза на Гектора и кивнул:

— Есть, как не быть. У мамы с пяткой промашка вышла, это единственное слабое...

— Пятка, пятка! — заверещал Гектор, окончательно срывая голос.

За огромным валуном тенькнула тетива, в ахиллову подошву, повёрнутую в сторону берега, глухо стукнулась стрела и со свёрнутым наконечником упала на песок.

— Нет, ну не настолько же слабое, — виновато пожал плечами Ахилл и обернулся.

Из-за валуна неверным шагом вышел Парис. Двигаясь словно во сне, он приблизился к ахейскому герою, наклонился и провёл пальцем по чистой, как у младенца, пятке.

Ахилл хихикнул и вскочил на ноги. Поражённые троянцы переглянулись.

— Пятка!!! — завопил Гектор, схватил мирмидонца за лодыжку и изо всех сил дёрнул. Не ожидавший этого Ахилл выронил наконечник и рухнул как подкошенный.

Тяжёлый Гектор — откуда и силы взялись! — навалился на него, не давая пошевелиться, и обездвижил противника умелым борцовским захватом. Парис схватил с песка несколько перьев, сбитых со шлема Ахилла, зажал их в зубах, обеими руками заломил Ахиллу ногу и начал щекотать пятку, ожесточённо мотая головой.

— Пх... пхерестань, прош... уф... ыыыыы... — извивался Ахилл, но братья держали крепко.

Постепенно лицо мирмидонца начало синеть. Он хватал воздух ртом, как выброшенная на берег рыба, дёргался всем телом, но сделать ничего не мог.

Наконец его тело в последний раз выгнулось дугой и замерло в скрюченном положении.

Братья без сил повалились рядом.

— Только никому никогда не рассказывай, как мы его одолели, — через некоторое время пробормотал Гектор, не отрывая щеки от песка. — Нас просто поднимут на смех. Вся героическая оборона Трои превратится в фарс, из которого сделают десятки гнусных комедий. Над нашими смертями будут глумиться жалкие торговцы и рабы.

Для любой победы есть предел, перейдя который, неизбежно проиграешь. Парис, придумай для наших что-нибудь, у тебя лучше получается. Обещай, что все узнают нужную правду. Нужную. Обещай.

— Обещаю, брат. Сейчас я тебя только переверну... Эй, да это же...

Что увидел Парис, изнемогший Гектор уже не узнал: он провалился в глубокий обморок.

Из беспамятства его вывел пинок под ребро. Герой поднял голову и рывком сел.

Он был со всех сторон окружён мирмидонцами.