Царевич Горохов - Наследник Поневоле

Несмотря на то, что главный удар волшебного ветра пришелся на паука, вихрем разметало в стороны и самих сотоварищей. Теперь Сидор бился с усатой чучундрой, а Андрюша неожиданно оказался почти нос к носу с Кощеем.

— За что вы хотите нас убить? — гневно воскликнул Горохов, грозя колдуну еле курящейся головней.

— Убить? — недоверчиво протянул Кощей, возмущенно фыркнул и покачал головой, увенчанной колдовской золотой короной. — Нет, что ты? Как можно!

Он сделал рукой движение, точно выкручивая какой-нибудь сустав длинными, сильными и ловкими пальцами.

— Простые убийства в последние сто лет меня как-то уже не удовлетворяют! Это же совсем неинтересно — просто так взять и погубить...

Кощей даже руками развел в притворном изумлении.

— Ты ведь, кажется, школьник?

— Угу, — кивнул Андрюша, сам себе удивляясь, что с такой легкостью вступил в опасный диалог с хитрым колдуном.

— Небось, отличник? — презрительно скривился Бессмертный, обнаруживая знакомство с современной системой образования.

— Сам дурак! — обиделся Андрюша и надул губы.

— Понятно, — кивнул Кощей, вовсе не обидевшись. — Так вот, между прочим, многие мудрецы...

В последнее слово Кощей влил целый ушат издевки и добавил еще фунт презрения.

— Словом, многие больно умные, как я самолично слышал, часто гадают: Кощей — это имя существительное или прилагательное? Ведь Кощей — это, безусловно, Имя, и еще какое! А при этом даже не предполагают, что для меня существует особая категория.

— А, по-моему, ты — как раз Имя НеСущественное! — показал ему язык наш находчивый пятиклассник.

Андрюша рассмеялся, хотя ему было очень страшно; и мороз, отрастив себе ножки, весело бегал по коже. Горохов даже сам удивился такому причудливому букету собственных ощущений!

— Посмотрим, — без лишних комментариев заметил Кощей. И щелкнул своими мерзкими длинными пальчиками.

В тот же миг Андрюша почувствовал, как из его рук выпадает уже погасшая к тому времени палка. А ноги сковывает странная недвижность, точно их склеили невидимым гигантским скотчем.

И, что самое неприятное — над ними уже рождался новый вихрь. Он все сильнее раскачивал сосны, трепал кустарник, вздымал с земли тучи старой хвои.

Сидор тем временем изловчился и лягнул чучундру так, что та неуклюже опрокинулась, задрав на удивление длинный хвост.