Царевич Горохов - Наследник Поневоле

Андрюше стало очень стыдно. Он протянул Ивану письмо, а Воронычу — узелок.

— Нате! Прочитайте сами, тогда поймете...

Но стрелок вежливо отвел его руку:

— Не... Мы чужих писем не читаем, царевич. Тем паче — царевых, которые не про нас писаны.

— Ладно, — упрямо шмыгнул носом Андрюша. — Раз не хотите, тогда я вам сам прочту.

И он прочитал послание Гороха вслух — как говорится, с чувством, с толком и с расстановкой.

После этого воцарилось общее молчание. Затем Иван ухмыльнулся, почесал затылок и пробормотал:

— Собственно.

.. чего вы еще ждали-то? Вы что, Гороха не знаете?

Молчание сотоварищей говорило как раз об обратном. В их напряженных и расстроенных взглядах легко читалось: может, и знаем, но только еще не знали, что — настолько плохо.

Вороныч осторожно развязал узелок. В нем и вправду оказалась склянка, наподобие пузатого бутылька от духов. В ней как живая плескалась черная маслянистая жидкость.

— Сонное зелье, — предположил Сидор согласно тексту царевой записки.

— Если только чего не похуже, — как всегда подлил каплю яда Вороныч.

И на этот раз никто опять не стал с ним спорить или разубеждать.

— Что делать будем... с этим? — Сидор стрельнул глазами на склянку с зельем.

— Разбить о камень, и весь сказ! — с жаром выдохнул Андрюша, быстро оглядываясь в поисках подходящего булыжника.

— Не спеши разбивать! Погодим, пожалуй, — покачал головой Иван-Ветер. — Может, еще и сгодится царева водица! Ты, Андрей, завяжи-ка ее покрепче и спрячь покуда. А там видно будет.

Так они и поступили.

И теперь, несмотря на груз за пазухой, неприятный как змея, пригретая на груди, у Андрея сразу точно камень спал с души. Он посматривал по сторонам веселее, ловя ответные одобрительные взгляды сотоварищей. И даже Вороныч разок подмигнул ему, мол, ничего, держись, парень, все образуется.

В таком приподнятом настроении они миновали заставу. Андрюша даже сделал царственный жест рукою стрельцам на страже, чем вызвал понимающие улыбки своих спутников. Стрельцы же, видимо, уже предупрежденные вездесущими людьми Карла Иоганновича, с усердием взяли бердыши «на караул».

— Вон там, за полями — Царевнина башня, — указал Иван-ветер. — С полчаса ходьбы — и будем у цели.

— А не опоздаем? — обеспокоенно сказал Андрюша.

— Без нас не начнут, — важно сказал Сидор, и Горохов едва не прыснул со смеху — такой сейчас у козерога был важный и значительный вид.

О Царевниной башне в Царстве-Государстве издавна ходили смутные и разноречивые, но весьма устойчивые слухи.