Орден мраморной Горгоны

Черный плащ незнакомца лениво развевался на слабом ветру, а сам незнакомец скрестил руки на груди и то ли раздумывал, как бы ему половчее приступить к штурму города, то ли просто нервировал стражу в свое удовольствие.

Паники среди стражников не наблюдалось. Скорее, они смотрели на врага с любопытством: с виду – обычный человек, ничем не выделяющийся из толпы. Но именно его портрет со вчерашнего утра висел на каждом углу, и надпись под ним гласила «Особо опасен и непредсказуем!», а его имя знал каждый ребенок: Кашей Бессмертный.

Привлеченные шумом химеры время от времени показывались над поверхностью воды, но человек в отдалении не вызывал у них аппетита. На таком расстоянии аппетит у них не вызывало ровным счетом ничего, а подходить ближе Кащей не торопился. Он словно чего-то ждал.

– Ты – срочно к королю! – приказал стражнику вышедший на стену начальник стражи. – Кто знает, сколько он будет здесь маячить? Пусть ловят!

Начальник стражи сплюнул в ров, оттуда в ответ вылетел фонтан грязной воды: химера ответила соразмерным действием и облила как стражника, так и четырех человек рядом.

– Чтоб ты сдохла, тварь зубастая!!!

Новый фонтан оказался в три раза мощнее.

– Да чтоб ты сдохла от зубной боли во время приступа эпилепсии!!! – прокричал намокший начальник стражи, вытирая с лица зеленовато-серого цвета грязь. – И на голодный желудок!!!

Химера издала звук, напоминавший хихикание, и нырнула в глубокие воды рва. Стражник, вовремя прикрывшийся от фонтана щитом, стряхнул с него налипшие водоросли и быстрым шагом направился во дворец.

Двадцатиэтажное здание, с крышей из чистого золота, мраморными стенами, бесчисленными фонтанами и садами вокруг, последние дни пустовало: вельможи разъехались по стране объяснять новую политику государства и искать подходящих горгонам жертв. Большинство Горгон улетело на второй день, опасаясь, что среди обилия людей не выдержат и устроят сеанс массового оскульптуривания. Этого нельзя было допустить, иначе любовь народа быстро сменится на ненависть, и вместо помощи Ордену озлобленные подданные начнут ему всячески пакостить.

Две Горгоны остались, и сейчас допрашивали первого советника и короля. Бумкаст знал, как первый советник и король могут нервировать, и надеялся, что Горгоны окажутся крепкими орешками и не превратят заключенных в скульптуры: они знали немало государственных секретов и не должны были превратиться в камень до того, как поделятся ими.

Сейчас свободным оказался только Бумкаст. К нему стражник и направился.