Орден мраморной Горгоны

А сейчас пушка вернулась к стражникам, и те наверняка используют ее давешнее похищение против Баррагина. У Альтареса появится дополнительны козырь для сведения счетов.

Часть 4

– Вот черт! – воскликнул Фармавир. – Дружище, я сделаю все, чтобы тебя выручить! Мне бы только самому выкарабкаться отсюда…

Баррагин шагал в окружении стражников и не особо удивился, когда его повели не в родную комнату, все же выделенную первым советником, а в подвалы, где располагалась тюрьма для привилегированных и особо опасных персон.

– Первый советник не держит свое слово? – все же спросил Баррагин, когда стражники остановились напротив тяжелых металлических дверей в камеру.

– Это Бумкаст подсуетился, – ответил стражник. – Побегал по знакомым, пошептал, подлизался… Ты же знаешь, у него на тебя зуб из-за раненого сына.

Баррагин устало махнул рукой: разбираться с высокородным семейством у него было ни сил, ни желания. Единственное, о чем он мечтал в данный момент – чтобы его не беспокоили.

Дверь в камеру со скрипом отворилась.

– Смазывать не пробовали? – поинтересовался он.

– Ни к чему, – ответил тюремщик. – Смажешь петли – кто-нибудь да откроет тихонечко дверь, и поминай, как звали. А эти скрипят так, что даже мертвого разбудит и проберет от отвращения.

– Понятно, – сказал Баррагин.

В темной камере с крошечным зарешеченным окошком стояли две деревянных кровати. На правой лежал, прикрывшись плащом с подмигивающей черепушкой(?), знакомый на вид бородач. Баррагин нахмурился, пытаясь вспомнить, откуда он знает этого человека. Память услужливо подсказала: пять лет назад на главной площади во время выступления глашатая с объявлением указа о поисках метода победить Горгон именно этот человек перекинулся с тогда еще студентами Баррагином и Фармавиром парой фраз.

– Забавно, – произнес Баррагин. Дверь за ним захлопнулась. – Встречать одного и того же человека перед кардинальными изменениями в дальнейшей жизни.

Бородач открыл глаза.

– О, еще один бедолага… Отправили в отпуск от суматошной жизни? – спросил он.

– Как бы не на пенсию послали, – ответил Баррагин. – С выдачей деревянного костюма и двухметровой толщины земляного одеяла с цветочками или сорняками на поверхности.