Орден мраморной Горгоны

Реальность оказалась интереснее: вместо разговоров о не пойми чем и штурма луны очнувшиеся после нокаутов корбулиты бросились удирать от хищных галлюцинаций, бегающих за ними по пятам. Два часа перепуганные солдаты носились вокруг деревни сначала в одну сторону, а когда воздействие галлюциногенов ослабело, остановились и побежали в обратном направлении, теперь уже преследуя галлюцинации и угрожая им мечами и всяческими карами. Забег по пересеченной местности продолжался до позднего вечера, когда уже никаких галлюцинаций невозможно было разглядеть.

Только тогда изрядно уставшие корбулиты вернулись в дома и рухнули без сил, совершенно забыв об ужине.

Зато утром они вспомнили события прошлых суток и, полные захватнического гнева, отправились в амбар приводить приговор в исполнение. На сборы ушло больше трех часов: после вчерашнего забега с галлюцинациями у корбулитов дико болело все, что только могло болеть и даже то, что болеть не могло в принципе. Едва шевеля руками, они отмахнулись от завтрака, предложенного крестьянками, оставленными в качестве прислуги, и черепашьим ходом правились казнить запертых в амбаре жителей деревни.

Единственное, на что у них хватило сил в дороге – обругать обогнавшую их гусеницу. Наступить на нее и тем более раздавить корбулиты не успели – гусеница промчалась мимо с дикой скоростью, только пыль столбом.

У входа в амбар корбулиты остановились и открыли засов. Дверь с тихим скрипом отворилась, и вошедшие внутрь мужчины застыли, как вкопанные. Прямо перед ними во всей красе раскинулся лес, а в амбаре из местных жителей остался только вчерашний наглец в черном плаще.

Он мирно спал… или притворялся… лежа на кучке сена и укутавшись в плащ.

– Вставай, лежебока! – потребовал один из солдат и пнул Кащея в бок. Черепушка на плаще стремительно сорвалась с места, разжимая челюсти. Острые зубы впились в ногу корбулита, и он закричал так, что в округе перестали петь птицы, собаки – лаять, а курицы в половине деревни снесли не по одному, а по два яйца.

Кащей зевнул и открыл глаза.

– Каждый раз просыпаюсь под чьи-нибудь крики, – заметил он. – Что за дикие манеры – кричать спящему под ухо?

– А-а-а-а-а!!! – ответил корбулит, пытаясь выдернуть ногу.

Кащей щелкнул пальцами, и челюсти черепушки разжались.

– Ты что-то сказал? – спросил он.

Корбулит посмотрел на него свирепым взглядом, но промолчал и отскочил в сторону на одной ноге. Присел в дальнем от Кащея углу и снял обувь, желая посмотреть, насколько сильно его укусили.